Книга Война, страница 87 – Евгений Соколов

В итоге дети моего пациента созвонились с важными чиновниками Министерства иностранных дел России и обсудили с ними все вопросы, связанные с исцелением их отца. А после этого продали большую часть активов семейного бизнеса и внесли тот самый миллиард на указанный счёт. И в скором времени два сына проводили своего отца и сопровождавшую его дочь на частном джете в столицу России.

С ними отправились и два семейных врача, которые должны были не только поддерживать старого человека в относительно добром здравии, но вместе с российскими врачами, а также с помощью самой современной медицинской техники зафиксировать показания этой аппаратуры до процедуры исцеления и после. Чтобы наглядно было видно, какие изменения произошли в организме пациента и что русский шаман Сергей Лешанов никакой не шарлатан.

Обычно после окончания своей работы я перемещался безликим духом в медицинский отсек, где наши и зарубежные врачи ожидали, когда закончится сеанс исцеления и можно будет приступать к обследованию пациента, и ментально сообщал им о том, что я закончил свою работу. И тут же отправлялся домой, поскольку дальнейшее мне было уже не интересно.

Но в этот раз я захотел поговорить с пожилым человеком, лежащим с закрытыми глазами на большой кровати и пребывающем на границе сна и бодрствования. Для этого я принял свой привычный облик, расположился в удобном кресле и тихо обратился к нему:

— Александр Иванович, я закончил ваше исцеление, теперь вы можете просыпаться.

Старый человек невольно вздрогнул, ему показалось, будто кто-то одним-единственным обращением вернул его почти на семьдесят лет назад, он открыл глаза, несколько секунд смотрел в потолок и тихо произнёс сам себе:

— Александр Иванович… Господи, сколько же лет я не слышал своего отчества.

А спустя ещё мгновение, почувствовав, что он не один в гостиничном номере, повернул голову и увидел меня. И тут же в его сознаниипромелькнулисобытия давно минувших дней…

Когда-то в другой жизни он был студентом Новочеркасского политехнического института. Учился на радиотехническом факультете, неплохо знал английский язык и даже подрабатывал переводами документации по американской аппаратуре.

А потом была обычная студенческая вечеринка. Выпили, поспорили о технике, и он, по молодости и глупости, заявил, что некоторые американские радиостанции надёжнее советских. Ляпнул, не подумав, и тут же забыл. Зато кто-то из присутствующих запомнил, более того, счёл своим гражданским долгом сообщить куда следует.

Следствие длилось недолго. Времена тогда были такие, что подобные разговоры считались не студенческой болтовнёй, а антисоветской агитацией.

Государственный обвинитель говорил о бдительности советского народа, о происках иностранных разведок и о том, что даже необдуманное слово способно нанести ущерб безопасности социалистического государства.

А потом председательствующий поднялся, поправил очки и торжественно произнёс:

— Именем Союза Советских Социалистических Республик… Суд признал Волкова Александра Ивановича виновным в проведении антисоветской агитации и распространении клеветнических измышлений, порочащих достижения советской промышленности, то есть в совершении преступления, предусмотренного статьёй 58−10 Уголовного кодекса РСФСР. На основании изложенного суд постановил: назначить Волкову Александру Ивановичу наказание в виде семи лет исправительно-трудовых лагерей с последующим поражением в правах сроком на три года.