Книга Повелитель Стихий. Том 2, страница 108 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

Сила лежала в ней. Ровно по контуру фигуры, от подошв до каменных зрачков.

Центурион выбрался из-за пазухи наполовину и, упершись лапами мне в грудь, уставился на каменное лицо. Уши торчком, хвост замер. Так смотрят на хозяина, который однажды ушёл из дома и не вернулся.

— Это же эларий! — Тобиас сунулся ближе, светя фонарём. — Смотрите, как сохранился! А может, он ценный? Может, мы его… того… с собой?

— Ага. Полторы тонны камня. Неси.

Шагнул ближе, примериваясь запустить нить внутрь.

И тут глаза статуи резко вспыхнули голубым.

Сопряжение отозвалось раньше, чем я успел удивиться. Ледяное дерево тряхнуло кроной, осыпая иней, белая точка в глубине налилась светом, а под рёбра толкнулось знакомое.

Резонанс.

Нить легла на точку привычным узлом. За последние недели я проделывал это столько раз, что мог бы гасить резонанс во сне.

Но… Нить бессильно соскользнула.

Так. Вторая пошла следом, обвивая точку вдвоём с первой. С тем же успехом можно было вязать узлы на струе воды. Свечение разгоралось, в груди бухало всё сильнее.

Стоп. А почему я не двигаюсь?

Тело перестало быть моим. Рука, зачем-то тянувшаяся к ножу, застыла на полпути. Ноги вросли в плиты. Даже глаза, и те смотрели ровно прямо. ТО есть в горящие голубые зрачки.

За спиной Тобиас бубнил про ценный камень, Валерия ему отвечала. Голоса доходили глухо, с задержкой, и уползали куда-то вверх. Хотел крикнуть, однако не смог — горло сдавило.

А следом свет померк.

Темнота давила на уши. Так давит вода, если нырнуть поглубже. Пол ушёл из-под ног, звуки кончились, да и в целом ощущение пространства исчезло. Зато тело снова слушалось — пальцы сжимались, голова поворачивалась. Уже прогресс.

— Надо же, — внезапно пронеслось надо мной. — Гость?

Голос шёл отовсюду разом, и отдавался в костях. Голова, если она конечно у меня была, неприятно засаднила. Хотел было защититься волей, однако неожиданно осознал, что её нет.

Ни одна из четырех змеек, неотрывно меня сопровождающих, не откликнулась на мысленный приказ.

Или?

Попробовал ещё раз, голова загудела, и прозрачные змейки одна за одной всё же появились в пространстве. Но двигались они вяло и медленно, будто продираясь сквозь толстенный слой глифира.

К сожалению, времени на то, что бы понять, что проиходит, у меня не было —в десятке шагов передо мной соткался силуэт.

Эларий. Тот самый, со статуи та же грива до плеч, те же узкие черты. Только белый камень сменился синей кожей, а в глазах горело ровное голубое свечение. Точь-в-точь как у Юмина в ту ночь, когда дедуля собирался меня заморозить.

— Добрый вечер, — сказал я, раз уж язык работал. Да и повторное обретение воли довольно сильно приподняло моё эмоциональное состояние. — Уютно у вас тут. Темновато разве что.

— Дерзкий, — в голосе прорезалось что-то среднее между скрипом и усмешкой. — Молодые всегда дерзкие. Не пугайся, гость. Я всего лишь дух. Всё, что осталось от хозяина этого зала.

Дух, значит. Отлично? Или как мне надо отреагировать?

Духов я встречал далеко не первый раз. Вот только почти всегда любая форма усопших сопровождалась стихией смерти. А тут не то, что смерть — я вообще не уверен, являлась ли это сила стихией, и куда меня занесло.

Свечение приблизилось. Дух наклонился, разглядывая меня в упор, и всё его добродушие куда-то делось.