Книга Повелитель Стихий. Том 3, страница 9 – Ярослав Сай, Сергей Полев

Уговаривать его словами я поленился, благо бабок после Тарниса у меня было жопой жуй. Развязав кисет, я выложил на стойку три стихийных кристалла.

Цок. Цок. Цок.

Стало очень тихо. Портье смотрел на камни, в которых утреннее солнце играло цветными искрами, и на глазах пересматривал картину мира. Откуда-то сбоку материализовался отполированный до блеска управляющий, и с ходу выяснилось, что номера есть, причём лучшие, с ванной и видом на площадь, и завтрак входит, и барсу принесут парного мяса, немедленно-с.

Центурион на слове «мясо» высунул морду из-под куртки и одобрительно мурлыкнул. Этот в столице освоился быстрее меня.

Люблю столицы. Плати, и тебя полюбят прямо с порога.

В номере я первым делом выудил флакончик и закапал по паре капель в каждый глаз. Поздно и без надобности, зато спокойно: завтра такой роскоши, как забыть про собственные глаза, я себе позволить не смогу.

Потом час отмокал в ванне, смывая с себя дух казематов и прочее ночное гостеприимство, и наконец рухнул в кровать размером с половину нашей дейморской квартиры. Матрас спружинил и мягко обнял спину. После топчанов и каменных полов это было почти неприлично.

Засыпал я с простой и уютной мыслью.

Завтра вечером мне предстоит рассказывать сказки человеку, который поставил на уши половину Нижних земель, разыскивая наглеца, укравшего у него эларийскую принцессу.

И этот наглец придёт к нему сам. По приглашению. Ужинать.

Надеюсь, у его величества хорошее чувство юмора.

Плац Легиона жил и ночью. Серый камень уходил к горизонту, и по нему, разбитые на прямоугольники, шагали колонны. Тысячи подошв били в плиты с точностью метронома.

Мы с Фальком сидели на техническом ярусе башни, свесив ноги в пустоту, и по очереди прикладывались к его фляге. Там плескалась какая-то дрянь тройной очистки, от которой теплело в груди и развязывался язык.

Из всей разведки Фальк был единственным, с кем я сходился ближе, чем того требовал устав. Остальные смотрели на мои результаты и быстро понимали, что рядом со мной им светит вечное второе место. Фальк на чужие результаты плевал с высокой башни.

В буквальном смысле — мы как раз на ней и сидели. Он был старше меня на пару наборов и имел за плечами уже шесть экспираций. А ещё он разговаривал со мной как с живым человеком. В Легионе это стоило дорого.

— Кастелло, — Фальк смотрел вниз, на марширующие прямоугольники. — Ты когда-нибудь задумывался, почему в боевых корпусах нет ни одного бойца с волей?

— Отбор, — дал я само собой разумеющийся ответ и глотнул из фляги. — Всех, у кого находят Волю, забирает разведка. Что за глупый вопрос?

— И ничего не глупый, — Фальк покивал каким-то своим мыслям. — Ведь смотри, какая выходит картина. Воля подчиняет стихии. Там, где обычный единённый годами вымаливает у своей стихии лишнюю грань, наш брат договаривается за месяцы. Дай любому из разведки десяток спокойных лет и нормальные ресурсы, и он подомнёт под себя три стихии. А то и четыре. Шестая грань сродства точно будет, а у кого голова на плечах, так и повыше. Напомни, кто в Легионе ходит с таким набором?

— Высший офицерский состав.

— Он самый, — Фальк забрал флягу и сделал длинный глоток. — А теперь посчитай, сколько спокойных лет было у тебя.

Я посчитал. Между моими экспирациями умещались месяцы. Учебка и башня. Новый мир, Маяк, возвращение, снова башня. И по кругу.