Книга Еда и патроны. Ренегат, страница 300 – Артем Мичурин

— Аррр, – рыкнул Сатурн, вскакивая и вертя головой спросонья. – Что?!

— Все встали и прижались к стене, – спокойно произнес Коллекционер, личным примером указав как нужно. – Следите за землей.

Стас вынул из рюкзака укрытый там от пыли дробовик, Сатурн поднял лежащий рядом пулемет, и оба притерлись спинами к шершавым кирпичам.

— В чем дело? – тихонько поинтересовался великан, оглядывая замерших компаньонов. – Надо костер потушить.

— Ничего не трогай, – ответил охотник. – К нам в гости пожаловал странствующий музыкант.

Сатурн с подозрением взглянул на Коллекционера, явно предположив что–то нехорошее, и обратил полные недоумения глаза к Стасу.

— Гусляр, – пояснил тот и кивнул для убедительности.

Великан помолчал немного, обдумывая услышанное, и, все еще шепотом, спросил:

— Вы пьяны?

— Слушай меня, дружок, – взял слово Коллекционер, напряженно всматриваясь в красную, освещенную пламенем землю. – Второй раз за свою противоестественно долгую жизнь я имею счастье наслаждаться этой музыкой, и впервые так близко. Здесь его не часто видят. Значит, он ушел от гнезда. Он голоден, и мы – его дичь. Пусть так и думает. А я думаю иначе. Гусляр атакует из–под земли. Смотрите в оба. Как увидите шевеление, дайте знать, но не стреляйте. Огонь после меня. И только попробуйте, недоноски, его спугнуть.

Стас и Сатурн переглянулись, но промолчали, решив не искушать судьбу пререканиями с охотником во время его любимого занятия.

Поющему в пустоши ветру никто больше не аккомпанировал. Время шло. Стас с Сатурном мерзли, тихонько переминаясь с ноги на ногу. Коллекционер, замерев, будто соляной столб, пялился на землю. Так продолжалось минут десять, пока сигнальное «тщщщщщ» не нарушило молчания.

— Он здесь, – прошептал охотник и указал стволом пистолета вниз перед собой.

Стас присмотрелся. Длинные тени, тянущиеся от камней и слипшегося комьями суглинка, едва заметно вибрировали. Не колебались, плавно меняя насыщенность в такт беспокойному пламени, а именно вибрировали, мелкими, на грани зрительной чувствительности, рывками перемещаясь в сторону.

Скоро вибрация стала ощущаться не только зрительно, пробилась сквозь толстые подошвы и защекотала ступни. На грунте, в эпицентре «сейсмической активности», образовалась быстро расширяющаяся лунка.

— Жда–а–ать, – протянул охотник, кровожадно скалясь.

— Может, гранатой? – предложил Сатурн и кивнул на растущее углубление.

— Нет. Он мне целиком нужен.

Края лунки еще немного расползлись и замерли.

Все молча, с зудящими на спусковых крючках пальцами, уставились в подземные врата, ожидая появления музыкального гостя. Но осевшая почва больше не шевелилась. Вибрация исчезла.

— Ушел? – с плохо скрываемой надеждой в голосе поинтересовался Сатурн.

— Спугнули, – выдохнул Коллекционер, продолжая тем не менее держать лунку на мушке. – Как есть спугнули, вредители.

— Мы–то тут при чем? – осторожно возмутился Стас. – Сам не дал костер затушить. А гусляр огонь почуял и ушел, наверное.

— Он на–се–ко–мо–е. Огонь его привлекает, – выдвинул охотник контраргумент. – А топчущиеся, как лошади, группы кретинов его отпугивают.

— С какого это вдруг дичь его отпугивать должна?

— Да с такого, что гусляр охотится на одиночек! Ясно тебе?!

— Хорош тут орать. Нашел из–за чего. Ушел, да и хер с ним. Я только перекрещусь.