Книга Еда и патроны. Ренегат, страница 208 – Артем Мичурин

Стас демонстративно замер и молча уставился на охотника.

— Чего встал–то? – спросил Коллекционер, продолжая осматривать пулемет.

— Да вот думаю, а не борзовато ли ты себя ведешь. По шестеркам своим одноразовым соскучился? Между прочим, хочу напомнить, что это ты за мной увязался, а не наоборот.

— Ой–ой, – покачал головой охотник, копаясь во внутренностях ПКМа. – Какие мы нежные. Дай–ка я тебе кое–что растолкую. Арзамас – это, брат, не деревня и даже не город вроде Мурома. Арзамас – это семья. Неблагополучная, со своими терками, уродами и грязью, но семья. И чужаков в ней не жалуют. Если муромский прием показался тебе недостаточно радушным, то в Арзамас лучше и вовсе не соваться. Особенно в одиночку.

— А ты, значит, покровительство свое предлагаешь? – усмехнулся Стас.

— Можно и так сказать.

— Угу. А оно мне сильно нужно?

Охотник защелкнул крышку ствольной коробки, вытер руки о плащ и серьезно посмотрел Стасу в глаза:

— Оно тебе не просто нужно. Оно тебе жизненно необходимо. Иначе ты и дня не проживешь. Ну так что, жмуров будем шмонать?

Арсенал Детей Пороха оказался весьма скромным. На трупе стрелка удалось разжиться только АПСом да тремя магазинами к нему. У водителя под бушлатом обнаружился «Кедр» с боекомплектом в восемьдесят патронов. Между сиденьями примостился видавший виды СКС и коробка с десятью полными обоймами. Короткоствол Стас запихал в свой рюкзак, а СКС с пулеметом взял на себя Коллекционер. В ящике под сиденьем очень кстати были найдены обернутый бумагой шмат сала и восемь печеных картофелин. Трофейную провизию единогласно решили ликвидировать на месте без отлагательств.

— Слушай, а что там за конструкция такая хитрая? – поинтересовался Стас, указывая испачканным в сале ножом на моторный отсек. – Я в движках не сильно разбираюсь, но этот вроде необычный какой–то.

— Необычный, да, – кивнул охотник, дожевав. – Угробил ты, Стас, сегодня редкий образец, плод еще более редких прогрессивных идей – пороховой двигатель.

— Пороховой? Это как же, он прямо вот так на порохе, что ли, работает?

— Ну, не совсем. На чистом порохе только реактивные двигатели работать могут, твердотопливные. А тут это… – Коллекционер задумался. – Бля, вылетело из головы. Раствор… Раствор… Водонитратный раствор, – вспомнил он наконец. – Или азотное топливо, как они его еще называют. Башковитые ребята. – Коллекционер легонько попинал голову мертвого водителя. – Замечательный движок смастерили. Помощнее бензинового будет и греется меньше. Одна беда – жрет много. Бак нужен в два раза больше обычного. Но зато от нефтяников никакой зависимости. Пришел караван, не пришел – насрать. Машины всегда на ходу.

— А что же, кроме них, никто такие движки не делает?

— Хе. Сделать–то не проблема. А заправлять его чем? Эти ж суки, – голова водителя качнулась, получив уже более увесистый пинок, – рецептурой топлива делиться не хотят. Все в тайне держат.

— Зря мы, наверное, их грохнули, – посетовал Стас. – Надо было живьем брать да расспросить, как следует.

— Думаешь, ты один такой умный? Пробовали уже. Молчат. Им за разглашение четвертование у себя полагается. Причем четвертуют не только предателя, но и всю его близкую родню. И не поймешь, главное, – развел охотник руками, – чего им с этой тайны. Ладно бы там планы какие строили грандиозные. Танки на пороховом движке, к примеру. Но какие на хрен планы могут быть, когда их брига не больше четырех сотен человек имеет? Вот и получается, что ни себе, ни людям. А все жадность блядская. Жадность и трусость – главные тормоза прогресса. Ну ладно, – Коллекционер встал, стряхнул крошки со штанов и взвалил на плечо пулемет, – хорош лясы точить, выдвигаться пора. Нас ждет город мечты.