Книга Еда и патроны. Ренегат, страница 171 – Артем Мичурин

Стас поправил шинель, завязал вещмешок, накинул лямки на плечи, перезарядил ПБ и, бросив последний взгляд, двинулся к выходу, но замер на полпути.

Стул, подпирающий ручку, скрипнул, и в дверь постучали.

— Андрюха, что там у вас?

Секундная оторопь схлынула так же быстро, как и накатила, мозг снова включился и заработал в штатном режиме.

— Нормально все, – ответил Стас, снова расстегивая кобуру. – Сейчас открою.

Он отодвинул стул, рывком распахнул дверь и, схватив за грудки ничего не подозревающего эсэсовца, с силой швырнул его внутрь. Тот, сделав три неуклюжих шага–прыжка, зацепил ногой труп коллеги, распластавшийся посреди магазина, споткнулся и влетел лбом в прилавок аккурат промеж ножей и пистолетов. Дверь закрылась, а пухлый ствол–глушитель уже смотрел в грудь гвардейцу, сидящему на полу и ошалело зыркающему вокруг.

— Т–с–с, – поднес Стас к губам палец. – Я буду спрашивать, ты будешь отвечать, быстро, четко и правдиво, тогда останешься жив. Понял?

Гвардеец открыл рот, но ничего не ответил и просто кивнул.

— Хорошо. Снаружи, рядом с магазином, есть еще кто из ваших?

— Нет, – потряс он головой. – Я один.

— Вокруг города патрули ходят?

— Х–ходят. Минут тридцать назад начальство распорядилось в южный район двадцать человек направить.

— А западный, северный?

— Не знаю.

— Как на меня вышли?

— Пропуска смотреть начали, кому и под чье поручительство выписаны были. Стали всех поручителей проверять. Врач Хигматулин сознался, что… что… – гвардеец, слегка полноватый крепкий мужик лет тридцати пяти, заметно нервничал и постоянно косился на обезглавленный труп, – что отправил на Вербовский…

— Я понял, – прервал его Стас. – Как через Оку перебраться?

— Э–э… Есть мост железнодорожный. Это нужно на юго–восток и вдоль…

— Не годится, – снова прервал Стас. – Еще вариант можешь предложить?

— Ну, тогда с другой стороны, на север, Муром обойти. Там деревня рыбацкая будет. Они перевезут, если заплатить.

— Кого еще ищут?

— Начальство на семерых ориентировку выдало, в ней…

ПБ дважды хлопнул, и гвардеец, завалившись набок, умолк.

Стас убрал пистолет, открыл дверь, быстро огляделся и вышел.

Дорога в обход Мурома заняла около трех часов. Северные пригороды, отведенные в основном под фермы, сады и пахоту, заселены были не настолько густо, как южные или западные. Дома по большей части стояли разрозненными группками, изб в десять – пятнадцать. Каждый такой хуторок вплотную соседствовал с целым набором разнокалиберных хозяйственных построек: коровниками, свинарниками, птичьими дворами, амбарами, сараями, водонапорными вышками… Собранное в скирды сено торчало на полях лохматыми пучками, распространяя по всей округе свой мягкий успокаивающий аромат, уже через пару километров сменяющийся удушливой вонью кожевенных цехов, силосных ям и метановых комбинатов с их резервуарами, доверху наполненными свиным дерьмом. Подавала голоса скотина, тарахтели генераторы, матерились, выдавая на–гора сложнейшие фразеологические конструкции, подвыпившие мужики и изредка бабы. Долгий рабочий день тружеников сохи подошел к концу. Все больше мерцающих точек вспыхивало возле длинных приземистых ангаров. Жалобно запела гармонь, выжимая из мехов «Землянку». И над всем этим далеко, но неотступно возвышалась темная громада муромской стены.