Книга Сердце тумана, страница 18 – Хелен Шойерер

— Приказ есть приказ.

Стража собралась и ждала указаний командира, а Блик смотрела вперед. Перед ними возвышались Хоторнские хребты, темные, густые, нашептывающие многовековые тайны. Блик привыкла к открытому морю и ясному небу, а не к удушающим лозам и запутанным зарослям, которые ожидали ее сейчас. Кони рванулись вперед и один за другим начали исчезать среди деревьев. Блик проглотила комок в горле, когда последовала за Фиори внутрь, где бледные стволы деревьев и тяжелый воздух, казалось, поглотили их всех целиком. Внутри все было окрашено в синий цвет – темно-синий оттенок пульсировал вокруг листвы. Изумрудно-зеленые лозы обвивали ветви и связывали их вместе, создавая покров темноты на пологе, оставляя лишь несколько узких лучей света, которые просачивались вниз, создавая пятнистые золотые узоры на опавшей листве.

— Чего вы ждете? – раздался голос командующего. – Вперед.

Блик ударила лошадь пятками в бока, и та поплелась дальше в лес, открывая ей лучший вид на знаменитую Королевскую тропу. Она представляла собой каменистую грунтовую тропу, достаточно широкую, чтобы они могли двигаться верхом друг за другом. Земля под копытами лошадей была истоптана многовековыми путешествиями. Лошадь Блик споткнулась, и она поморщилась, схватившись держась за седло ноющими бедрами. Тяжко придется.

Итак, это была легендарная Королевская тропа, единственный известный путь в Хиттон. Единственный другой путь проходил по Восточному морю, и Блик до сих пор не понимала, почему они не поплыли на корабле… Единственным, кто знал причину, был командир. Она все еще не могла проникнуть в его мысли.

Когда они углубились в лес, воздух загустел, и гул голосов в голове Блик разразился с новой силой. Боги, ей нужно было выпить. Ей так сильно нужно было выпить.

— Тс-с-с, Стефан… – прошептала она.

Самый молодой стражник оглянулся на нее и прошипел:

— Не разговаривай со мной.

Она видела на его лице столько беспокойства, что ей не пришлось читать его мысли. Он боялся впасть в немилость у командующего.

— Предлагаю сделку, – сказала она чуть громче, усиливая его панику. – Дай мне немного вина из твоей седельной сумки, и я не пикну.

— Что? Нет!

— Да ладно тебе! – сказала она, и стражник перед Стефаном тоже обернулся.

— Что такое капелька вина по сравнению с гневом прелестного старины Суинтона?

— Заткнись, – сказал он.

— Где же твой командный дух? Всего несколько глотков…

— Я сказал, заткнись, или я передам тебя Ленноксу.

Это заставило ее замолчать.

Лес поглотил их, и тропа пошла под уклон. Время от времени лошадь Блик поскальзывалась на лианах или опавших листьях, и ей приходилось держаться изо всех сил. Кандалы на ее запястьях, привязанные к луке седла, причиняли невыносимые муки. Это означало, что она не только постоянно сутулилась, не могла сесть прямо и расправить спину, но и лишилась нескольких слоев кожи. Под железом и веревкой ее плоть была открытой, бледной и клейкой, с прилипшими к ней кусочками веревки и грязью.

— Мы снимем их, когда остановимся, – раздался у нее за спиной голос Фиори.

Она кивнула, не оборачиваясь к нему. И как долго мне этого ждать?

Блик никогда раньше не была в лесу. Она восхищалась головокружительной высотой деревьев, их невероятной густотой и объемом, а также земляным запахом тропы, так непохожим на свежий прибрежный бриз, к которому она так привыкла. Однако несмотря на отсутствие опыта пребывания в лесу, у нее возникло отчетливое ощущение, что этот отличается от других. Чем выше они поднимались в гору, тем беспокойнее становились лошади. Блик заметила, как ее собственная насторожила уши, уловив звуки, которые ее человеческий слух не мог обнаружить.