Книга Сердце тумана, страница 159 – Хелен Шойерер

— Ты расстроен отъездом принцессы? – спросила ма, нежно положив руку ему на макушку, и ее глаза были полны сочувствия.

Дэш медленно кивнул. Это было правдой. Он был расстроен из-за Олены, хотя «расстроен» было слишком слабым словом, чтобы описать ту зияющую пустоту, которую он ощущал в груди. Она была его лучшим другом, она была частью его, а он – частью ее. Он был ее глазами. Кто будет ее глазами в Батталоне? Ему нужна была ее помощь. Кому еще он мог рассказать о девушке? О своей… магии? Словно в ответ, что-то шевельнулось у него под кожей. Вздрогнув, он схватил маму за руку. Жгучие слезы обожгли ему глаза.

— О, Дэш. – Ма притянула его к себе. От нее пахло лавандовым мылом и травами, которые она измельчала. – Я знаю, что сейчас тебе больно, милый. Я знаю, что она твой особый друг. Но лучше ей уехать сейчас, пока… Пока вы оба не выросли. Она принцесса, любимый, ты не смог бы быть ей вечным другом.

Дэш не понял, о чем говорила мама, но заметил на полу квавирскую книгу Олены. Он уронил ее, когда бросился на кровать. Маме нельзя было ее видеть. Олена сказала, что никто не знал об этих книгах, что они были секретными, и Дэш должен был хранить этот секрет. Он высвободился из маминых объятий и вытер нос рукавом. Мама всплеснула руками.

— Дэш, сколько раз тебе повторять, чтобы ты этого не делал? Это нецивилизованно! Я принесу тебе носовой платок. – Она вскочила на ноги и поспешила к двери, не заметив толстую иностранную книгу, которая лежала всего в нескольких дюймах от ее ботинок. Дэш запихнул ее под кровать и сел, когда мама вбежала обратно в комнату, протягивая ему обрез ткани.

— Ради всего святого, я не могу понять, почему вы с отцом так плохо воспитаны.

Дэш высморкался в тонкую материю, а мама сморщила нос.

— Вытрите и глаза, мастер Дэш. Мы же не хотим, чтобы твой отец видел эти слезы, правда?

Дэш покорно покачал головой и протянул ей грязный носовой платок. Мама со вздохом взяла его и печально посмотрела.

— Тебе не всегда будет так больно, любимый. Я обещаю. – Она закрыла за собой дверь.

Дэш соскользнул на пол и нырнул под кровать, чтобы найти книгу. Он прислонился спиной к раме кровати и положил тяжелый том себе на колени. Он раскрылся. Страницы были толще, чем в других книгах, и на них не было чернил. Вместо этого они были покрыты узорами из перфорированных точек. Он закрыл глаза и провел по ним пальцами. Он еще не был настолько хорош даже в обычном чтении, не говоря уже об этом странном языке, но он был полон решимости выучить то, что знала Олена. Особенно если она права и он был… ашаи. Он снова уткнулся в книгу и достал из кармана листки, которые дала ему Олена. Она написала для него алфавит. Каждой букве, как он знал, была отведена ячейка из шести точек. То, как были расставлены точки в ячейке, подсказывало читателю, какая это буква. Дэш уставился на четкий почерк Олены и провел обеими парами пальцев по книге, как она ему показывала. Он был полон решимости самостоятельно освоить этот новый язык. Если бы он смог овладеть им, они с Оленой могли бы переписываться друг с другом таким кодом, который никто другой не смог бы прочитать! Он снова провел пальцами по неровностям страницы, заставляя себя понять.

Дэш все утро оставался в своей комнате. Его замутило, когда он представил себе девушку со странными глазами, шок на ее лице, стражников, уводящих ее прочь. Он не хотел думать о магии, но его видение, лабиринт и красные цветы и тот странный шелковистый голос, говорящий с королем… В Эллесте была магия, много магии.