Книга Пять юношей квартала сайя, страница 89 – Ива Годар

Кацу привстал, чтобы ничего не упустить. Ему хотелось знать, как так вышло, что дочь кузнеца чувствовала его лучше кого бы то ни было, хотя он ничего о себе не говорил.

— Почему?

Плеть снова врезалась в спину Таро, и у кого-то в толпе сорвался с уст яростный вскрик. Узкая бровь Кацу слегка вздрогнула.

— Никто не может такого хотеть. Не ты.

Лицо Рики исказилось до откровенно некрасивого, но он не мог оторваться от него. Никогда прежде его не волновало чье-то осуждение, и жгучая, странная волна стыда перед лицом рыжей девушки с мечом его околдовывала. Он нуждался в стыде, в обвинении, на которое больше никто не был способен.

— Так значит, гостья беспокоится обо мне, – горько улыбнулся Кацу. – Вместо того чтобы извлечь урок, ты думаешь о том, что я себя мараю. Но власть подразумевает умение испачкаться. Остановить наказание!

Общий выдох облегчения пронесся над площадью: сайя было тяжело смотреть на избиение того, кого им всегда ставили в пример. Рика боялась обернуться и увидеть, во что превратилась спина Таро.

— Что я могу сделать?

— Ты должна переехать в наши стены. Если тебя убьют, квартал сочтут прибежищем бандитов. Женщины зададутся вопросом, стоит ли столько платить, чтобы умереть. Императрица будет разгневана. Если я смогу спасти тебя от убийц, то глупые поступки Таро будут не так важны, и я с готовностью проявлю терпимость.

— Я согласна, – не колеблясь, ответила Рика.

Кацу протянул ей руку, чтобы помочь встать. Жест был тщательно обдуманным знаком, примиряющим остальных сайя со спектаклем жестокости, но Рика приняла его ладонь.

— Гостьям не подобает стоять на коленях, – сказал он так, будто только увидел ее. – Я хочу, чтобы ты пообещала, что больше не станешь приближаться к Таро. Видеть тебя – привилегия, которую он не заслужил, а два бунтаря – это уже армия. Мне не нужна армия бунтарей.

— Я согласна.

Сайя вокруг зароптали, но все это казалось более разумным, чем порка. Подул ветер, взметнув рыжие пряди около губ Рики. В этот момент она выглядела решительной, даже жесткой.

— А я нет. Продолжайте. – Голос Таро разорвал тишину. – Кацу, ты и сам очень близко подошел к черте, за которой тебя ждет палач.

— Как видишь, неуязвимых в квартале нет. И все же решать пока не тебе, – спокойно ответил Кацу. – Рика, ты готова отказаться от мужчины, ради которого, будем честны, и пришла в квартал, чтобы избавить его от плетей? Даже не от смерти, а всего лишь от боли?

— Если это необходимо.

Кацу все еще не отпустил ее руку и смотрел на тонкие пальцы в своих, полностью уйдя в собственные мысли.

— Женщины готовы на все ради самых странных вещей, – задумчиво протянул он. – Выберешь меня в «лотерее лепестков», дона? Я почту за честь.

— Нет! – вскричал Аки.

Остальные сайя зашумели. Кацу не требовал, просто спрашивал, но обстоятельства превращали вопрос в принуждение.

Это было испытание, которому никто не пытался помешать. Все хотели знать, что она ответит, потому что именно это определит ее как человека, выставит пределы или их отсутствие. Рика стремилась понять, как далеко может зайти Кацу, а он – как далеко зайдет она. Рика изо всех сил надеялась, что он одумается и остановится, что он – лучший человек, чем пытается казаться, а Кацу – что она откажет ему.

И в этот момент все знали об этих надеждах значительно больше их самих. Сайя стали зрителями очень интимного, личного спектакля, разыгрывающегося только для троих. Столь же захватывающего, сколь и опасного, а мужчины квартала любили подобные вещи.