Книга Сумрачный лес, страница 8 – Каролина Роннефельдт

— Бульрих, старина, – любезно поприветствовал его Звентибольд, вынимая трубку из уголка рта.

— Мой дорогой Биттерлинг, – улыбнулся в ответ Бульрих.

Звентибольд посмотрел на него с любопытством.

— Неплохое местечко, чтобы перевести дух… – В этих словах скорее звучал вопрос, чем утверждение. – У тебя здесь какое-то дело?

— О, собираю белые грибы, видишь? – неопределенно пробормотал Бульрих, опустив взгляд и болтая ногами.

— Здесь? – с искренним удивлением спросил Звентибольд, оглядываясь по сторонам. – Никогда не слышал, что они здесь бывают.

— Иногда бывают, – уклончиво ответил Бульрих и сменил тему: – Во сколько, елки-поганки, ты сегодня встал с постели, чтобы в полдень незаметно миновать Зеленый Лог?

Он приглашающе подвинулся в сторону. Звентибольд с трудом вскарабкался на стену и, сопя, сел рядом с Бульрихом.

— Я ночевал в Вороньей деревне, у Лорхеля и Ламеллы, – пояснил он. – Теперь собираюсь заглянуть к Моттифордам в Крапп. Настало время: ты же знаешь, я иду в Баумельбург.

Бульрих растерянно посмотрел на него, и Звентибольд почти снисходительно добавил:

— Неужели забыл? Скоро Желудевая Луна. В Баумельбурге будет карнавал. Я, как и каждый год, вхожу в совет устроителей.

Бульрих показал трубкой за спину, на луг, мерцающий в полуденном зное.

— Жара, июнь на дворе! А ты хочешь, чтобы я вспомнил о каком-то карнавале, который будет на пороге зимы?

— Ну что ты, Бульрих! Называть Праздник Масок в Баумельбурге каким-то карнавалом довольно странно. Разве есть во всем Холмогорье хоть что-то удивительней?

— Зимнее солнцестояние, – серьезно и твердо заявил Бульрих.

— Зимнее солнцестояние! – фыркнул Звентибольд. – Согласен, знаменательное событие, но, как по мне, оно больше подходит для стариковских посиделок у камина! И еще, мой дорогой Бульрих, это же немного страшный день. Никогда не знаешь, кто там стучится в дверь, – то есть, конечно, не узнаешь, пока гости не запрыгнут к тебе в дом с громким воем и снежным шквалом. – Он покачал головой и зажал трубку в углу рта. – В прошлом году один из этих неуклюжих гоблинов скинул с каминной полки мой лучший чайник, когда широко размахнулся своей метлой.

— Зато костры – это красиво, – мечтательно проговорил Бульрих, вспомнив посреди летней жары о пылающих огнях, вокруг которых топчутся на снегу квендели, потягивая пунш со специями.

— Согласен, – кивнул Звентибольд и потянулся за ежевикой. – Полуночные костры – это неплохо, но остальная чехарда… Я предпочитаю мир и покой в родных четырех стенах. – Он прожевал одну ягоду и сорвал вторую. – Карнавал в Баумельбурге – куда лучше, чем вся эта суматоха до самого рассвета! – вернулся он к любимой теме.

Звентибольд очень гордился тем, что его пригласили в совет устроителей празднества. Из каждой деревни присылали от одного до трех представителей. Все они съезжались в Баумельбург, где раз в год благотворители Холмогорья обсуждали необходимые приготовления. Двоюродный брат Бульриха занимал ответственный пост уже много лет, но, похоже, до сих пор получал от этого удовольствие и не уставал рассказывать любому встречному-поперечному все, что знал о Празднике Масок. Вот и сейчас он завел длинную речь, и Бульрих беспокойно заерзал.

Солнце медленно клонилось к западу, и кромка леса лежала в уютном сиянии. «Самое время, чтобы погрузиться в лесной мрак», – подумал Бульрих.