Книга Сумрачный лес, страница 67 – Каролина Роннефельдт

— Если свет в лесу тот же самый, что и та странная маленькая луна на тропинке у живой изгороди, то выходит, что теперь и лес продырявился, как вы тогда объяснили? – задал Карлман пугающий вопрос.

— Боюсь, что все именно так и обстоит, – мрачно ответил старик Пфиффер. – Ты внимательно слушал, мальчик мой. Вот почему впредь мы должны быть очень осторожны. Ведь если заблудиться в таком лесу, или, что вернее, невольно пересечь границу, то я очень сомневаюсь, что мы окажемся в столь же мирном уголке, как наше Холмогорье.

— А что, если Бульрих там заблудился? – продолжил размышлять Карлман. – Потерялся в этом опасном сиянии?

— Тогда, клянусь всеми святыми пустотелыми трюфелями, да помогут ему добрые духи лесов и лугов! – мрачно воскликнул Одилий. – Будем надеяться, что этого не произошло!

— Вы хотите сказать, что тогда его уже не спасти? – спросил перепуганный Звентибольд. – Добряк Бульрих ушел и исчез, сначала в Сумрачном лесу, а потом и в небытии, как тот маленький листок, который упал с ветки прямо в световую дыру?! Ох, ложноножки и жухлые шляпки, какая ужасная судьба!

— В световой дыре исчез листок? – переспросил Одилий, резко обернувшись к Биттерлингу. – Ты раньше об этом не упоминал. Ну что ж, понятно… Теперь вы сами понимаете, что может произойти.

— Одилий, вы хоть знаете, что там, на той стороне? – вмешалась Гортензия, и, как всегда, когда она была в отчаянии, ее голос звучал раздраженно. – Быть может, вы сами там бывали?!

— Да, Гортензия, бывал, – спокойно ответил старик.

Все посмотрели на него так, словно он вмиг обернулся существом из потустороннего мира, а не прежним Одилием Пфиффером из Зеленого Лога среди лесов. Никогда прежде старый квендель не упоминал о таком невероятном приключении. Однако поскольку он не имел привычки хвастаться подвигами, которых не совершал, его спутники решили, что старик говорит правду. Пфиффер же не обратил ни малейшего внимания на всеобщее изумление.

— Сейчас надо думать о поисках Бульриха, – бросил он через плечо уже на ходу. – Это поможет прогнать страх! Мы пойдем вдоль кромки леса, сперва налево. Если там не найдем следов и ничего особенного к тому времени не случится, двинемся назад, к Вороньей деревне. Смотрите в оба! Осматривайте лес, насколько хватит глаз и смелости! Нельзя упускать ни единой зацепки, ведь на кону жизнь Шаттенбарта! Вперед! Будьте внимательней, чем совы!

Трое квенделей шагали вслед за своим вожаком и смело всматривались вглубь леса, пока у них не заслезились глаза. Они старательно отгоняли страшные мысли, которые так и лезли в голову после всего услышанного. Одилий посоветовал сосредоточиться на поисках Бульриха, и это очень помогло. Заглядывая в чащу между стволами угрюмых елей, Карл-ман даже ощутил крошечный укол врожденной квендельской отваги. Это был, уж конечно, более чем дерзкий поступок. Интересно, что сказали бы Эппелин Райцкер и его квенделинские дружки, попадись он им на глаза в эту минуту? За елями стояли какие-то стройные деревья, скорее всего, буки. Их серебристые стволы отражали отблески того жуткого мерцания, которое, словно туман, медленно затягивало Сумрачный лес.

Перед Карлманом шла Гортензия, которая добросовестно освещала каждый клочок земли под ногами и лишь затем поднимала фонарь выше. Тыкать тростью в подлесок она не решалась, боясь спугнуть нечто отвратительное или опасное. Безрезультатно обследовав заросли остролиста и нижние ветви могучей ели, Гортензия направила фонарь влево, на темную поляну, и замерла. Что это, неужели промелькнувшие в свете фонаря две светящиеся точки – чьи-то глаза? Не сдержав пронзительного крика, она остановилась так внезапно, что Карлман, который пристально разглядывал лес, налетел на нее сзади.