Книга По ту сторону тени, страница 23 – Каролина Роннефельдт

Эйхен-Райцкер закрыл дверь за последним из вошедших и торопливо направился в зеленую гостиную, к эркеру. Вскоре через полуоткрытую дверь гостиной донесся шум и гул голосов. На стене мелькнул свет. Было слышно, как тихонько пофыркивает в саду вороной конь.

— Святые трюфели, и почему эти серые опята не могут пройти через парадную дверь, как все здравомыслящие квендели? – послышался недовольный голос Бульриха, когда он последовал в гостиную за хранителем моста.

— Потому что в Холмогорье все здравомыслящие квендели давным-давно перестали гулять по ночам, о разумнейший из Шаттенбартов! Теперь там бродят сплошь неприкаянные призраки с того света да боровики вроде нас, с великой реки! – пробасил чей-то голос, слышный даже в коридоре. – Мы подумали, что с нашими факелами лучше зайти с тыла и перебраться через садовую стену, даже если черногривый конь Себастьяна встретит нас с той же прытью, что и боевые скакуны Дикой Охоты!

Кто-то в гостиной негромко рассмеялся, словно более подходящей шутки для многострадальных квенделей в этот вечер было не сыскать. В дверном проеме показалась огненно-рыжая копна волос, за ней – следующая, а чуть позади – седая голова, местами еще сохранившая следы типичных огненных кудрей жителей Квенделина.

— А вот и старый Райцкер со своей свитой, – заметила Гортензия. – Без дерзостей и шуток никуда, как же иначе?

Хотя Гортензия дружила с Валли, женой Бозо, в ее голосе не прозвучало особой радости, а вот Карлман неожиданно оживился и стал смотреть увереннее, чем в последнее время. Кроме Бозо, он узнал Бодвина и Беренгара, старшего и младшего из сыновей Райцкера, а с ними и широкоплечего Базиля пожилого квенделя, брата Бозо. У каждого из них на поясе висел короткий меч, а кряжистый Базиль сжимал в руках топор с широким лезвием, не похожий на тот, что предназначается для рубки дров. Глаза Карлмана округлились. Прежде он не видел, чтобы квендели приходили на встречу вооруженными – да и никто такого не видел. Гортензия же пристально следила за тем, что происходило за спиной Одилия. Хульда как раз собиралась незаметно скрыться на кухне вместе с неизвестным в широком плаще.

— Кто или что это? – обратилась Гортензия к старику Пфифферу. – Уж не тварь ли из потустороннего мира, которую поймали в Баумельбурге? Нам здесь никого из них не нужно, даже если некоторым и кажется, что их следует приглашать на наши встречи!

— Только спокойно, – предупредил старик Пфиффер, серьезно взглянув на Гортензию. – Давай пройдем на кухню и подождем, пока уляжется суета вокруг прибытия квенделинцев. Там я покажу, кого мы привезли. Могу сказать, что этой невероятной встречей мы обязаны Бульриху.

— Ну что ж, – вздохнула Гортензия, приподняв брови, – как всегда – сплошные загадки.

Однако она послушно отправилась следом за стариком Пфиффером, не в силах укротить любопытство.

Когда они вошли, Одилий прикрыл дверь в кухню, предоставив Гортензии время как следует рассмотреть открывшуюся сцену. Хульда, похоже, успела развести огонь, потому что в очаге жарко пылало пламя. Неизвестный сидел на стуле так близко к нему, что искры грозились попасть на широкий струящийся плащ, и протягивал к огню мозолистые коричневатые руки, словно никак не мог согреться в натопленной комнате.