Книга Игра Льора, страница 94 – Мария Токарева

Тени представлялись одной из самых сложных форм колдовства, материальные, рассыпающиеся при малейшем ударе, одновременно несокрушимые, собирающиеся вновь. Вскоре уже не хватало когтей, чтобы разорвать их уплотнявшийся круг, напоминавший осаду скелетов-змей.

«Нармо копируют? Спасибо за тренировку перед поединком, Илэни!» – саркастично отмечал стиль боя янтарный льор. Но чтобы проговорить это вслух, не хватало времени. Воздух отсчитывал четкие вдохи и выдохи, быстро циркулируя через мехи легких. Обширная зала сделалась тесной, мелькали разноцветными пятнами мрачные кариатиды. Скорость перемещений помогала уклониться от ударов и совершить резкий выпад, прорубая себе путь вперед, пока не сомкнулись ряды. И над толпой своих клонов маячила Илэни, к которой яростно прорывался льор, потому что чародейка загораживала лестницу, что вела прямо в подземелья.

Борьба на чужой территории изначально не сулила легкую победу, но количество ловушек неприятно удивляло. Пару раз они разверзались черными дырами посреди драгоценных пород дерева, совершенно незримые для ячеда и тщательно замаскированные для льора. Но Раджед успевал увернуться на краю, обойти или испепелить, пока из зеркал лезли новые тени бесконечной анфилады отражений. Бесконечной… отражений… Мысль пришла неожиданно.

«Теперь они копируют мой стиль боя», – заметил янтарный льор. Все завязывалось на зеркалах и тех, кто смотрелся в них. Льор изначально подозревал, что существует какая-то нить, связывающая все тени, за которую достаточно потянуть, чтобы распутать этот сгущавшийся клубок.

Раджед устремился к зеркалам, атакуя по ним когтями, уклоняясь от взмахов мечей. Все же не удалось: удар пришелся по касательной вдоль лопаток, лезвие распороло драгоценный камзол, пробив магический щит. Боль на пике адреналина почти не воспринималась сознанием. Рубашка прилипла к спине, немного останавливая кровь.

Все внимание устремилось на разбитое зеркало, вся концентрация пришлась на уничтожение дурной бесконечности отражений. Замкнутый круг прерывался: теней становилось меньше, но они все еще выпархивали дымом из-за стекол. Кому принадлежит отражение? Человеку? Нет. Зеркалу? Нет. Зазеркалье оказалось подвластно той, что общалась с мертвецами.

Илэни на вид бездействовала, только плотнее сцепила руки, когда Раджед устремился к следующему зеркалу. Но под его ногами вновь разверзлась воронка. Льор резко оттолкнулся от ее края, кидаясь к расписному плафону в прыжке, достойном леопарда или рыси. Уродливый дракон на картине исказился от удара когтей и магии, когда льор уцепился за потолок, оглядывая поле боя с вышины. Лишь для того, чтобы в следующий миг обрушиться сияющей бурей, разносящей все зеркала. Не просто так он останавливал те смерчи, что насылал Сумеречный Эльф в демонстрации своей мистической силы. Друг тоже в какой-то мере тренировал и готовил к сражениям.

Илэни едва успела выставить магический щит, что-то прошипев. Тени посыпались осколками, как будто удивленно озираясь, Раджед же переходил на новое видение. Кариатиды и росписи более не существовали для него, все состояло из линий магии, рычагов, за которые достаточно потянуть, чтобы свернуть весь мировой порядок. Большинство из таких потайных механизмов оставались скрытыми даже для льора.