Онлайн книга «Голод Рехи»
|
По вискам Рехи текли безмолвные слезы, он цепенел, едва собирая фрагменты воспоминаний. Он четко затвердил прошедшее за три сотни лет, но забыл себя в настоящем. Может, спал Страж Мира из прошлого и видел кошмар грядущего. Сон был длиннее его жизни. Накануне случился пожар, рухнул мир. Но в каком из этих снов? В обоих. Зыбким утром, дрожащим в окне, встретила его башня. Ставни слабо скрипели на хлипких петлях, лучи привычно едва проступали сквозь марево пепельных туч. В таком мире родился Натт, в таком жил и радовался. И не хотел уходить. Образы застывали соскобленным пергаментом, опадали страницы древних книг. Фразы распадались на слова. В каждом слове кричало имя убитого сына. — Санара, откуда вы взяли этих ящеров? – доносился подавленный голос Ларта. Две тени сидели за столом-сундуком. Предметы и очертания представлялись искаженными, линии заострялись, углы выступали пиками, зубами рептилий. — Как ты научил, об этом легенды ходили: взяли яйца из гнезд, – отвечала Санара, всхлипывая. – Я… я не… Она закрывала руками лицо, растирала опухший нос, мотала головой. Со словами срывался тяжкий стон. — Сколько? Сколько месяцев назад? – встревоженно спросил Ларт. — Год-полгода… – сдавленно отозвалась Санара. Ларт вскочил с места: — И за полгода они вымахали до размера ездовых? Таких нельзя было брать! Это гигантские ящеры, которых не приручить. Твоя Изумруд выглядит мелкой, она еще годится. Только ее вид. Ларт прислонился к дверной притолоке, вытянул вдоль нее руки и уперся лбом в рассохшееся старое дерево, пряча лицо. Так он и застыл, сея горькое молчание, которое глухо нарушила Санара: — Уже поздно, надо от них избавиться. И от Изумруд. Рехи из-под полуопущенных век увидел, как Ларт встрепенулся. Глаза жгло, и смотрел он с трудом, то и дело стремясь провалиться в сон. Очередная глупость, очередная попытка сбежать. Будто после нескольких часов забытья хоть что-то изменилось бы. Может быть, кто-то вроде Митрия или Сумеречного умел возвращать время. Но у бессмертных не допросишься и глотка воды для умирающих в пустыне. У них все великие цели, ради которых не жаль целых миров. Боль миллионов ради спасения миллиардов. Большие непонятные цифры безликих неведомых созданий, ради которых якобы сражались вечные служители добра. А каждый из них – пустое иссохшее дерево, наподобие того, возле которого впервые явился Митрий. Каждый потерял и семью, и детей. И не спросил себя, где неверно свернул на пути в войне со злом. Не в тот ли миг, когда стал мерить ценность людей миллионами жертв ради миллиардов спасенных? Рехи чувствовал, что знает ответ лучше, чем бессмертные предатели. Они не пришли. Только Ларт и Санара оказались рядом – настоящие друзья. Смертные, неправильные, временами жестокие, временами беззаветно добрые. И не созданиям с белыми крыльями их было судить. — Нет, не надо убивать всех ящеров! Они не виноваты. Я научу! Я расскажу! – запротестовал Ларт. Наверное, вновь вспомнил о своем Ветре. Его защита ящеров поразила Рехи после произошедшего. — Поздно, Ларт! Натта уже не вернуть! Это я была виновата! Это я восхищалась тобой, всадником. О тебе ходили легенды. Хотела стать такой же… Вот и нашли кого приручать… А теперь… из-за меня… Санара, как убитое насекомое, насаженное на острие ножа, сложилась пополам, вцепившись в лодыжки, и беззвучно заплакала. Спина ее сотрясалась, с губ срывались судорожные вздохи. Ларт отошел от двери и приблизился к Санаре, окутал ее объятиями сверху, как согревающим плащом, и со знакомым напевным покоем начал уговаривать: |