Книга Голод Рехи, страница 322 – Мария Токарева

Обострившиеся яркие черты померкли и начали отдаляться. Лойэ вновь делалась далекой и недостижимой. Но Рехи упрямо полз к выходу, уже ничего не видя. Он углублялся в дымовую завесу, хватая горячий душный воздух у самого пола.

«Еще немного… Думали, запалите один выход из норы, так я к другому вернусь? Нет! Только вперед! Вперед, если вы еще не хотите меня пристрелить!» – думал ожесточенно Рехи, предполагая, что за ним по-прежнему следят. Следовало догадаться, что нынешние обитатели дворца уже давно разведали тайный ход. В очередной раз сгубила слепая надежда.

Лойэ и Санаре еще повезло, что никто не трогал их пещеру за акведуком. Отряду же – нет. Рехи удача оставила еще год назад. Теперь он потерял веру в спасение, но не останавливался, готовый сгинуть в дыму. Зато непобежденным, зато свободным. Он двигался на четвереньках, рывками, как раненый зверь. Дым сгущался, лишая всех органов чувств, вызывая удушающий кашель. Воздуха отчаянно не хватало, дым напоминал песок: также остервенело скреб в горле, набивался в ноздри и разъедал глаза. Но не меньше прожигало изнутри нарастающее отчаяние. Рехи рассчитывал, что вскоре уткнется лбом в тлеющую баррикаду из камней и подожженных балок, но наткнулся на чьи-то неприятно пахнущие ноги в открытых сандалиях.

— Правильно, целуй ноги своему господину, – донесся сверху глумливый голос. – Поползал, червячок? Вот и хватит.

— Тварь! – прорычал Рехи, вскочив с места. Никакого костра и дыма не оказалось, все создала иллюзия черных линий. Саат все-таки пророс гибельными корнями во все щели и закоулки крепости. Он стоял, спокойный и уверенный, посреди наглухо заваленного тайного хода.

— Я знал, что за тобой кто-то придет. Долго же они тянули. Что ж… Могли бы подпитать меня. Но кое-кто намеренно собрал отряд из одних полукровок.

— Ты убил их! Ты убил! – ревел Рехи, размахивая кинжалами перед носом Саата. Если бы только дотянуться. Если бы только сорвать маску самодовольства, обнажить образину чудовища, чтобы показать ее молчаливо внимающей толпе. Хотя толку-то? Если у них своих мозгов не осталось. Но в те минуты Рехи не думал о жителях Бастиона, его сжигал гнев за бессмысленную гибель маленького удалого отряда.

— Пытался сбежать? Значит, настало твое время быть приклеенным к стене! – прошипел Саат, выкручивая руки. Рехи болезненно застонал: плечевые суставы затрещали под действием черных линий. Вновь они опутали и сдавили слабое тело, лишая оружия и способности двигаться.

«Зачем я видел сны о прошлом? Зачем сбежал сейчас? Все – зачем?.. Все только для игры Саата? Этого монстра? А если миром всегда правили монстры? Чем особо отличался брат того короля? Ну, без жвал был разве только», – подумал Рехи, погружаясь в кошмар наяву.

От очередных потрясений он постепенно начинал бредить. Саат медленно нес его куда-то сквозь тайный ход, толкая по воздуху перед собой. А Рехи не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Где-то, звякнув, ударились об пол выпавшие из безвольных рук кинжалы. С каждым шагом оставались позади застывшие в неестественных позах тела несчастных ребят из отряда. Неизменно маячила ухмыляющаяся красивая маска на морде чудовища. От кого он скрывался? Не от себя ли самого? Почему старательно прятал свое уродство? За год Саат съел мозги у всего ордена, почти никого не осталось из по-настоящему живых, чтобы опасаться раскрыть свою истинную природу.