Книга Голод Рехи, страница 151 – Мария Токарева

— Мы съедим их на пиру в честь моей коронации! – возвестила всем Телла и устроилась на троне, закидывая ногу на ногу. Ответом ей послужил оглушительный рев полукровок.

Подогнутые ноги затекли, в лопатки сильно врезался толстый шест, к которому Рехи был привязан. За спиной слышалось рваное дыхание Ларта. Он глотал воздух, как утопающий. Рехи это раздражало. Еще недавно он видел бесстрашного предводителя, который во время битвы сметал все на своем пути. Еще недавно Ларт нависал беспощадной тенью разорения над вражеской деревней. И вот он сник, когда познал предательство. Он был раздавлен, растоптан.

Рехи чувствовал сильную дрожь, которая колотила опального короля, потому что их запястья связали одной веревкой. Две ритуальные жертвы на съедение. Последний пир. Точно последний. Вряд ли Телла настолько отупела, что не понимала этого. Нет, она просто мстила. Хотела в гибельном порыве получить сполна наслаждения за свою искореженную жизнь. А для Рехи мотивы отступали на второй план, его сжигала ярость с привкусом обиды на такую кривую-косую судьбу. Он исступленно бился затылком о столб, временами хрипло бормоча:

— Я тебя предупреждал, предупреждал!

— Этого не может быть… Они одумаются, – отзывался Ларт, но тихо, неуверенно, уронив голову на грудь. Оба понимали, что никто уже не одумается, полукровки нашли очередное «великое зло». Раньше таким злом представали люди, эльфы, дикие ящеры – все естественные враги. А когда их победили, пришлось искать новых. И вот нашли. Если нужны враги, то они всегда отыскиваются быстро. Легко же поставить на первого встречного клеймо и вновь утолять борьбой неиссякаемый голод ненависти. Найти виноватых просто, когда есть вина, лежащая на всем мире.

Ларт в свое время умело управлял этой жаждой разрушения, пропитавшей толпу отбросов и изгоев. Но любая сила рано или поздно обращается против создателя. Это познали на себе Тринадцать Проклятых, об этом предупреждал Сумеречный Эльф, от этого стенал Митрий. Вот только где их всех теперь носило? Где? Да хоть бы Двенадцатый прилетел темным разрушающим вихрем – это оказалось бы хоть каким-то исходом. Сломало бы бесконечную неопределенность ожидания. Время до утра тянулось непростительно медленно, скручивая нутро страхом и беспомощностью.

— Они одумаются, одумаются! – как заклинание повторял ополоумевший Ларт. Содранная кожа, оболочка с кровавыми ошметками – вот и все, что осталось от «сиятельного короля». Жалкая полутень, призрак.

— Съедят нас, ты сам их научил, – жестоко бросил Рехи, растаптывая очередную пустую надежду Ларта. – Ты сам разрешил им поедать своих мертвецов. Ты теперь павший король, радуйся. О да, радуйся! Ты хотел славы и богатства? Хотел красоваться перед всеми, а, Ларт? Получай! Мы будем красиво хрустеть на зубах, когда нас пожрут заживо. Это тоже была твоя идея!

Рехи не знал, откуда в нем взялось такое красноречие. Он уже давно хотел высказать Ларту все, что скрывал и утаивал, опасаясь за свою шкуру. Он выплевывал и выплевывал слова, а с растрескавшихся губ срывались капли яда. Предводитель сначала слабо отнекивался, а потом просто замолчал и съежился. Он нащупал пальцы Рехи и попытался сжать их, то ли чтобы приободрить, то ли чтобы выкрутить и причинить боль за жестокие слова – голод затуманил способность понимать.