Книга Голод Рехи, страница 148 – Мария Токарева

Рехи при всех этих сценах стоял рядом, мысленно костеря каждого полукровку, который орал громче остальных о несправедливости. Какой? Ларт самолично уже давно жевал мелких ящеров, старательно не преступая собственные новые законы. Рехи же доставалась кровь рептилий и чуть-чуть крови Теллы и короля, чтобы эльф не «замерз» окончательно. Хотя его все чаще мутило и шатало от голода. Он уже потерял счет дням. Битва осталась в сознании расплывчатым пятном. Это случилось давно… Очень давно.

«Я совершил ошибку. Надо было отправляться к Цитадели», – думал Рехи, мысленно призывая Митрия. Но тот не приходил, ведь он сам отринул посланников рока. Он отказался от жизни скитальца, когда ему явился проводник, но с каждым днем над деревней нависала неизбежность катастрофы.

Положение Ларта было непростым. Все больше его бывших приспешников желали видеть его мертвым. Воздух пропитался новыми заговорами, хотя особо недовольных быстро научились поедать. Когда Ларт принял такое решение, полукровки с небывалым рвением начали доносить и наговаривать друг на друга, чтобы получить сочный кусок мяса из тела мнимого предателя. Ларт старался разбираться, но в нем кипела ненависть, нарастало презрение к собственным подданным. Часто он срывался на Рехи, однако никогда не отвешивал ему незаслуженных оплеух.

— Плохо дело, никаких деревень вокруг нет, – вскоре доложили королю отправленные в разведку всадники. Обветренные лица пожелтели от голода.

— Скоро придется съесть наших ящеров, – угрюмо отозвался другой.

— Нет! – вскочил с трона Ларт, болезненно подавшись вперед, но одернул себя и твердо заявил: – Нет! Ни в коем случае. Эти ящеры – редкость. Других не будет. Без них мы вернее погибнем. Они приручены с рождения! Они почти разумны. Нужно найти гнездо диких ящеров, так мы сможем охотиться и добывать мясо.

— Есть гнезда мелких ящеров, но у многих ядовиты как слюна, так и мясо, – объяснил верный товарищ Ларта, тот самый, который вел в бой второй фланг. Он совсем зарос бородой, но она не скрывала исхудавшее лицо.

— Народ требует теплой человеческой крови, – отозвался другой разведчик.

Рехи сидел подле трона, слушая звон в ушах. Даже если бы нашлись гнезда ящеров, он бы долго не протянул. Рехи уже ощущал, как застывает его вязкая эльфийская кровь. Вот что испытывал чудик, который призывал не нападать на людей. Но он хотя бы добровольно убивал себя.

Рехи все чаще просил Ларта поделиться влагой из заветной жилы на шее. Но предводитель отказывался более настойчиво, чем обычно. Ему тоже не хватало сил, чтобы еще делиться с кем-то. Он исхудал и осунулся, могучие мускулистые плечи сузились, а Рехи и вовсе превратился в кожаный мешок с костями и запавшей грудью. Наверное, прошло много недель после битвы. Мысли текли вяло, Рехи все чаще не мог определить время суток, а еще путал события своего прошлого и прошлого из снов. То ему казалось, что до пленения в деревне он был жрецом в лиловом балахоне, то Лойэ ему представлялась принцессой. То смешивались картинки из бессмысленных снов и кошмаров, которые не несли уже ни предсказаний, ни знаний.

— Голод – это самое страшное. От голода замерзают, – бессмысленно бормотал Рехи, прижимаясь к теплым телам – то Теллы, то Ларта. Его не интересовало, кто рядом, он лишь мечтал согреться. Но холод съедал его изнутри. Да еще теперь постоянно виделись изматывающие картины черных линий мира.