Книга Голод Рехи, страница 107 – Мария Токарева

Ларт махнул в сторону дымящей хибары:

— Пир был вчера. Сегодня – работа. Пойдем, кое-что покажу. Держу пари, ты не видел такого.

Рехи облизнул пересохшие разбитые губы, недовольный жаром и запахом дыма, но повиновался и вошел следом за Лартом, который отодвинул шкуру.

— Это называется наковальня, а это – молот, – объяснял Ларт, показывая странные предметы. Молот Рехи еще узнал, но наковален никогда не видел. Он даже не мог точно описать форму предмета: что-то черное и неровное. Но хуже всего, что недалеко от нее пылал яркий огонь.

Духота заставила отступить к выходу, Рехи прижался спиной к шкуре, хватая ртом прохладный воздух снаружи. На пустошах было тепло, времена года почти не отличались один от другого, а эльфы их и подавно не чувствовали. Зато здесь, в этом раскаленном помещении, жара давила на легкие и перехватывала дыхание, заставляя нервно мотать головой.

Ларт при этом спокойно и споро работал: ударял молотом по раскаленному докрасна мечу, да не хаотично, а со знанием тайной очередности действий. Он переворачивал меч, чтобы рассмотреть лезвие с разных сторон. А когда закончил работу, сунул клинок в ведро с холодной водой. Сталь зашипела, поднимая клубы пара. Рехи захотелось засунуть голову в это ледяное ведро, в котором была, видимо, вода из того самого озера, где он недавно чуть не утонул.

— Надо починить добытые в сражении мечи, – продолжал объяснять Ларт. – Мы готовим план нападения на деревню людей. Уничтожим их!

Значит, обещалась новая битва, новое истребление врагов. Рехи поймал себя на мысли, что вовсе не желает сражаться за деревню проклятых полукровок, которые заживо съедали людей. Телла, может, ему и нравилась. А вот вновь попасть в гущу черных вооруженных теней он не желал ни под каким видом. Геройство – для безумных, особенно геройство во имя победы над чужими недругами.

— Но если вы их уничтожите подчистую, то чем будете питаться? – задумался Рехи.

— О, Рехи, а ты смышленый, – одобрительно рассмеялся Ларт, небрежно бросив: – Очень смышленый. Для эльфа. Но я все давно продумал.

— Да, ты любишь думать, я заметил, – негромко фыркнул Рехи. Ларт насмешливо махнул ему рукой, оценив колкий выпад. Рехи вспомнил, что никогда еще так много не болтал, как после встречи с Лартом. Тот продолжал:

— Мы уничтожим их, сначала съедим, конечно. А потом заживем наконец спокойно.

В голосе его звучала странная усталость, будто ему не нравилось носиться по пустоши верхом на ящере и так вершить судьбы тех, кто ему попадался.

— Ну, так есть что ты будешь?

— Ящеров, – объяснял Ларт. – Будем разводить их, как скотину в старину. На боевых продолжим ездить. А тех, что помельче и поглупее, пустим на мясо.

— А их чем кормить?

Рехи заинтересовался, не представляя, что полукровки откажутся от своих в высшей мере диких оргий с поеданием пленников. Ларт строил другие планы.

— Мелкими сцинками, а их – можно грибами, водорослями и колючками. Да, я все продумал.

Он говорил искренне и с явным воодушевлением, как будто уже рисуя перед мысленным взором картину своего идеального будущего.

— Ты собрался отказаться от людоедства? – недоверчиво спросил Рехи. Он и сам хотел бы не зависеть от человеческой крови, но ему диктовала условия жестокая природа.

— Пожалуй, – торопливо зашептал Ларт, замирая над наковальней. – Когда-нибудь. Когда это станет необходимо. Штука в том, что это вряд ли возможно. Враги всегда найдутся. Так что мы еще поживимся человечиной и эльфятиной.