Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 115 – Юрий Молчан

— А ты?! - воскликнула Илуана обеспокоенно. - Без тебя не поеду!

— Скачите! - рявкнул артанин. - Я их задержу и догоню!

— Обещаешь?? - спросила девушка, ее глаза отчаянно заблестели.

Артанин протянул ладонь, нежно взял ее за руку и легонько сжал. Их взгляды встретились.

— Клянусь! - сказал он. - А теперь — вперед! Скорее!

Воинам веско бросил:

— Берегите их как зеницу ока!

Посмотрев в след уезжающим спутникам, дольше всего задержал взор на Илуане. Затем развернул коня навстречу приближающимся артанам, тряхнул головой, нагнетая в сердце ярость. Навскидку насчитал дюжину воинов. Пришпорив коня, Каргот поскакал им навстречу.

Земля грохочет под копытами коня, мир вокруг превратился в две разноцветные, смазанные стены, подсвеченные золотом вечернего солнца. Всадники несутся навстречу, они все ближе. Пыль рассеялась, и Каргот различает лица артан. Смотрят со злым торжеством. В отличие от куявов, они всегда бреют бороду. Он и сам всегда так делал, но за время плена зарос щетиной, некогда было думать о бритье.

— Убить предателя!! - закричал скачущий впереди высокий артанин. - Гойда!!

— Гойда!! - отозвались остальные, их крики слились в один мощный и оглушительный.

— Смерть!!!

Управляя скакуном одними коленями, Каргот снял с плеча лук. Первая стрела со свистом разорвала воздух, унеслась вперед. За ней еще одна, и еще, и еще. С юности артан учили держать в воздухе до шести стрел одновременно. В Троецарствии нет стрелков искуснее их, разве что славы могут с ними тягаться. Но славы предпочитают не вступать в войны, а действуют дипломатией или когда победа очевидна, чтобы зря не лить кровь своих воинов или пролить как можно меньше.

У Каргота мелькнула горькая мысль, что Пуртан не щадит артанских воинов — сотни и тысячи погребальных костров пылают в Куявии каждый день, когда павшие артане отправляются в последний путь. А о куявах и говорить нечего — гибнут не только воины, но и мирные селяне, горожане, мастеровые, землепашцы, ремесленники, даже дети. Огненные камни с небес, посылаемые Гараном, не щадят никого. Выжигают пашни, сравнивают с землей избы, конюшни, кузнецы, лавки. Сжигают целые улицы и кварталы, оставляя глубокие дымящиеся рытвины.

Первые стрелы нашли цели — четверо артан вылетели из седел, кони помчались дальше без них. Каргот выпустил еще шесть, действуя, уверенно и быстро. Еще трое воинов завалились назад в седлах, свесились, касаясь неподвижными пальцами земли. Кони, чуть замедлив бег, поволокли их дальше. Остальные успели закрыться круглыми щитами, быстро перебросив их со спины на грудь. В ответ выпустили пару стрел, но Каргот ушел от обоих, быстро и умело маневрируя конем.

Он выстрелил снова, в этот раз целясь в коней. У животных на полном ходу подломились ноги, они покатились в пыль вместе с седоками. Еще трое осталось лежать на земле с переломанными костями, раздавленные тушами собственных коней. Поломанные шеи седоков неестественно вывернуты.

Каргот не успел вовремя повернуть коня в сторону, стрела вонзилась в правый бок. Стиснув зубы, вырвал стрелу из себя. Глянув, убедился, что наконечник вышел, отбросил окровавленную стрелу. На ходу выхватил из-за пояса топор, с размаху метнул в заходящего слева всадника. Топор размозжил ему голову. Последний артанин хмуро сдвинул брови, метнул свой топор. Каргот вскинул щит, руку тряхнуло так, что частично онемела.