Книга Невеста огня, страница 74 – Жасмин Уолт

Эйнар. Я лежала на груди Эйнара.

От этого осознания сердце заколотилось, но я не шелохнулась. Одна его рука была переброшена через мою талию, будто чтобы удержать меня рядом, а другая запуталась у меня в волосах. Его пальцы заскользили по моей голове, нежно массируя, и по позвоночнику побежали мурашки. Я вздрогнула, и его рука крепче обвила меня, словно он боялся, что я попытаюсь встать.

Мне в самом деле следовало бы подняться.

Но было что-то успокаивающее в его объятиях, в том, как меня окутывал его мужественный запах. Он пах древесным дымом и светом звезд, пылающим костром под ночным небом, чем-то свежим, острым и полным обещаний. Что-то шевельнулось во мне, когда я вдохнула его аромат, – что-то такое, отчего мне захотелось расправить воображаемые крылья и летать, летать, летать.

Наперекор здравому смыслу я провела ладонью по его груди. Этот ровный гул был не просто дыханием, а почти мурлыканьем, пронизанным глубоким удовлетворением. Словно то, что он держал меня в объятиях, дарило ему покой.

Но как это было возможно, если он ненавидел меня и мой народ?

Мои пальцы поползли выше, минуя его кадык, вдоль линии челюсти и подбородка. Я изучала его лицо кончиками пальцев, как мог бы слепой, пытаясь представить себе, как кто-то выглядит. Указательный палец тронул его мягкую нижнюю губу, и кончик его горячего языка коснулся моей кожи.

От этого интимного прикосновения тепло разлилось по всему моему телу, и я отдернула руку. Сердце колотилось от смущения и возбуждения. Веки Эйнара приподнялись, и дыхание замерло у меня в груди. В его взгляде под тяжелыми веками было что-то особенное – радужки снова стали золотыми, как раньше, но зрачки сузились до вертикальных щелочек, как в его драконьем облике.

— Эйнар? – неуверенно позвала я, гадая, проснулся ли он.

Ответом мне стал глубокий рокот, а потом его ладонь скользнула по моей шее сзади. Я ахнула, когда он нежно обхватил меня за затылок, чуть отклонив голову, и не успела понять, что происходит, когда его губы встретились с моими.

То, как его губы прижимались к моим, мягкие, теплые, завлекающие, вызвало во мне взрыв искр, и я инстинктивно вцепилась в его плечи, не успев задуматься о том, что делаю. Я открыла рот, чтобы возразить, и он тут же воспользовался этим, проскользнув языком внутрь и коснувшись моего.

Он целовал меня с голодом яростной огненной бури, озаряющей ночь своим сиянием и пожирающей все на своем пути. Я чувствовала себя грудой хвороста, в которую ударила молния, – внезапно ожившей и горящей бешеным пламенем, которое грозило поглотить меня целиком.

И все же я не хотела отпускать его. Я хотела ответить на поцелуй, позволить ему поглотить меня, пока от моей боли останется только пепел.

Но стоило мне подумать об этом, воспоминание о последнем разе, когда меня целовали, вспыхнуло в голове – будто гадюка оживала в закоулках моего сознания именно этого момента, чтобы нанести удар. Взгляд Дюна Террана, полный жалости, когда он сказал, что мы не можем быть вместе, что он никогда не женится на мне, был словно удар в живот, и я резко отстранилась, разрывая поцелуй.

— Нет! – рыкнул Эйнар, рывком притягивая меня к себе. – Ты – моя.

Голос, пророкотавший в его груди, звучал иначе, более гортанно, словно его исторгал какой-то хищный зверь. Он снова попытался поцеловать меня, но на этот раз я со всей силы оттолкнула его, заставив откатиться по полу. Сердце бешено колотилось. Я вскочила на ноги, и в моей ладони вспыхнуло пламя, разгоняя мерцающим светом чернильную темноту.