Книга Спрячь мои тайны в саду. Они жили во лжи, цветы стали громче слов, страница 91 – Сара Блейдс

Я ждала, когда женщины отойдут подальше. Кровь пульсировала в висках. Я повернулась к Роджеру и посмотрела ему прямо в глаза:

— Ты мерзавец!

— В этом городе я – твой единственный друг. – Он поправил шляпу, чтобы прикрыть темные глаза. – И тебе стоит об этом помнить.

— Как же мне забыть, если ты постоянно об этом напоминаешь?

Наши дни

Через неделю после того, как Эндрю утвердил бюджет, в парке появились работники – и огромные груды почвы и удобрений. Запах свежей, здоровой земли невероятно бодрил. Ранним утром, пока солнце еще не поднялось в зенит, я шла по засыпанной гравием дорожке на встречу с бригадой.

Большую часть времени я работала в одиночку. Рылась в архивах, рассматривала старинные планы, творила чудеса, возвращая их в реальность. Этот талант я оттачивала годами. Физическая часть работы – перекапывание и прополка – требовала помощников, причем порой обладающих совершенно иной квалификацией. Например, садовые постройки невозможно было восстановить без опытных каменщиков. Я не стеснялась признаться, что чего-то сделать не могу, но это не означало, что контроль за процессом оказывался в чужих руках. В Хейвенворте все делалось под моим именем, и все должно было быть идеально.

Эндрю поднялся рано и предложил накормить Сэма завтраком, пока я буду обсуждать с бригадой планы на сегодня. С этой командой я раньше не работала, но, судя по репутации, работники были отличными. Сегодня нужно было избавиться от инвазивных сорняков и плюща, а также выкорчевать погибший самшит в живом лабиринте. По моим оценкам, эта работа должна была занять около недели. А потом можно было разбрасывать почву и удобрения – и сажать новые растения.

— Очень важно не потревожить здоровые кустарники и деревья, – сказала я бригадиру. – Не трогайте камелии и рододендроны. И никаких гербицидов. Все нужно сделать вручную.

Бригадиром был пожилой мужчина с короткой седеющей бородкой и обветренной кожей.

— Я прослежу, чтобы они работали аккуратно. Они лучшие в этой стране и будут обращаться с каждым клочком земли как с новорожденным.

Я поблагодарила его. Как хорошо, что он понимает: работу важно сделать хорошо, а не быстро. И все же я почти час ходила по парку, убеждаясь, что все идет по плану. Бригадир оказался прав. Его команда работала безупречно, и я со спокойной душой могла отправиться перекусить.

Когда я вошла в кухню, Эндрю и Сэм вели себя довольно любопытно. Сэм сидел на стойке, расплывшись в озорной улыбке. Эндрю старался быть серьезным, но в том, как он стоял, крепко сцепив руки за спиной, было что-то странное.

— Что происходит? – Я переводила взгляд с одного на другого, пытаясь по их лицам хоть что-то понять.

— Изменение планов, – ответил Эндрю.

Прежде чем я успела спросить, Сэм выпалил:

— Он привез тебе робота!

— Ну, не совсем робота… – Эндрю отступил в сторону, и я увидела блестящую кофемашину для эспрессо. – Но вещь довольно сложная.

У меня буквально челюсть отвалилась. Я смотрела на блестящую машину, которая совершенно неуместно смотрелась на старинной деревянной столешнице.

— Но ведь вы не любите кофе!

Уши Эндрю слегка покраснели, он потер шею рукой.

— По-моему, настоящая гадость, но вы же любите…

Мысль о настоящем кофе – не об отвратительном растворимом, который мы пили целый месяц, а о настоящем эспрессо – была настолько восхитительна, что я, не сдержавшись, крепко обняла Эндрю.