Книга Хозяйка запретной колыбели. Ненужные дети драконов, страница 69 – Лилия Тимолаева

— Миро хочет быть Варром, — сказала я. — Почему для этого ему обязательно переставать считать Колыбель своей?

Бастиан задумался, затем начал писать. Теперь он уже не ждал, пока я закончу фразу, а добавлял собственные предложения.

Он предлагал разделить родовую принадлежность и место постоянного проживания. Признанное происхождение не должно было обязывать к немедленному переезду. Миро уже сохранял связь с Варрами, оставаясь с нами, но пока лишь как исключение на время пересмотра.

Я придвинула к себе лист, перечитала и согласилась включить этот пункт.

Название Бастиан написал сам: «О порядке семейного устройства воспитанников нейтральных домов». Я попросила добавить сохранение права нейтральной защиты. Строка вышла длинной, зато Клеменс сразу увидел бы, о чем именно мы просим.

Бастиан перечитал написанное.

— Предложение пока ничего не меняет. Закрытие утверждено, комиссия может нам отказать. Прежде чем отправлять, надо проверить оставшиеся поправки.

— Вы готовы подписать?

— Половину мы придумали вместе. И мне придется объяснить, почему я больше не считаю прежний маршрут безопасным для всех детей.

Он подвинул лист ко мне.

— Ваш срок скоро закончится. У предложения должен остаться человек, который сможет отвечать за него и после вашего отъезда.

Я не сразу нашлась с ответом. До перехода оставалось чуть больше двух недель; до сих пор я старалась не думать, как уйду, если ничего не успеем изменить.

— Тогда подпишем вдвоем, — сказала я.

Бастиан кивнул и снова взял перо. Я следила за его рукой и думала уже не только о документе: рядом со мной оставался человек, которому можно было доверить продолжение этой работы.

После обеда пришел ответ на вопросы Рины. Назначенный дом находился недалеко, поэтому посыльный успел обернуться в тот же день.

Бастиан передал письмо ей. Рина села за стол, прочитала, затем начала пересказывать: заявление подала глава младшего дома, видевшая ее однажды; сама Рина этой встречи не помнила. В доме жили трое взрослых и девятилетняя девочка.

Ася сразу обрадовалась, что там будет с кем разговаривать. Рина велела не радоваться заранее, но читать стала заметно спокойнее. Первый взлет не считали причиной ускорять переезд, с фамилией разрешали подождать. Если после ночи она не захочет остаться, семья готова продолжить знакомство, а не требовать немедленной передачи.

— Они могли написать что угодно, — заметила Рина.

— Могли, — согласилась я. — При встрече увидим больше.

Оказалось, нас готовы принять уже утром. Рина спросила, можно ли выехать раньше: лучше посмотреть самой, чем весь день ждать. Бастиан подтвердил, что время прибытия в пределах суток зависит от него.

Она собралась уходить, но заметила раскрытый старый устав.

— А если вы придумали другой порядок, почему завтра едем по прежнему?

— Потому что наше предложение еще не принято. Пока действует согласованная поездка с ночевкой.

— Вы останетесь до утра?

Я кивнула. Только после этого Рина сложила письмо и унесла к себе.

Бастиан проводил ее взглядом.

— Боится, но хочет увидеть.

— Значит, поедем.

Он ничего не добавил, и я была благодарна: удерживать Рину из собственного страха мне и без его напоминания хотелось слишком сильно.

К вечеру стол был покрыт выписками. Мы проследили, как из права ребенка уйти в семью выросла обязанность поскорее определить ему семью. Отсутствие передачи постепенно стало признаком плохой работы дома.