Книга Хозяйка запретной колыбели. Ненужные дети драконов, страница 62 – Лилия Тимолаева

— Ты зачем сюда?

— Чтобы не мешалась.

— В комнате?

— Там проход узкий.

Нормальный ответ. Но все равно сумка оказалась у двери. Будто он должен был иметь возможность схватить ее и уйти за минуту. Только Оли не разделял общей осторожности. За двадцать минут он разложил половину своих вещей по комнате, вторую половину умудрился перемешать с вещами Кая, а деревянного коня посадил на спинку стула.

— Почему он там?

— Смотрит.

— На что?

Оли огляделся.

— На всех.

Оли один успел разложить вещи так, словно собирался прожить здесь неделю. Остальные все еще ждали команды собираться. Я поймала себя на том, что тоже прислушиваюсь к каждому звуку со двора.

Правда, старая Колыбель тоже не избавила их от ожидания. Они годами знали, что однажды придет адрес. Знали дату закрытия раньше меня. Считали дни. Защищенный дом все равно мог оставаться местом, из которого однажды придется уйти.

Рина принесла папку в общую комнату и остановилась возле моего стола. Прежде чем открыть, попросила посидеть рядом, хотя постаралась сказать это небрежно.

Я занялась бумагами напротив. Не заглядывать ей через плечо оказалось трудно. Через несколько минут она сама пододвинула лист ко мне.

— Это все, что мы о них знаем?

Три абзаца сообщали о составе рода, помещениях, средствах и отсутствии нарушений. Кто будет встречать Рину по утрам, с кем она станет есть за одним столом, чего от нее ждут — из дела было не понять.

— В дорожной копии больше нет, — призналась я.

— А спросить вы успели? Завтра ехать.

Я могла бы напомнить о поисках Миро, о Тивене, о бессонных ночах. Но Рина говорила о себе и имела право на ответ.

— Не успела. Сегодня отправим вопросы. Ты поможешь составить?

Сначала она сказала, что спрашивать нечего. Я начала записывать свои: кто подал заявление, почему, видел ли ее раньше, кто будет жить с ней в доме. Тогда Рина придвинула стул.

— Про Первый взлет. Будут ли ждать его. И можно ли не брать фамилию сразу.

Я добавила оба вопроса. Она помолчала и спросила самое трудное:

— Если утром я не захочу остаться, что со мной будет потом?

Права отложить подпись было мало. Кай вернулся без нового назначения, Миро ждал пересмотра; обещать, что комиссия согласится с любым отказом, я не могла.

— Будут рассматривать дело заново. Мы должны записать, почему ты не хочешь оставаться.

— Значит, могут опять назначить туда же?

Я кивнула. Рина посмотрела на готовое письмо.

— Тогда спросите, будут ли они требовать передачи, если я скажу нет.

Я дописала и отправила запрос сразу. Перед уходом Рина еще раз проверила, что он действительно передан посыльному.

Бастиан вернулся после полудня. Миро встретил его во дворе вопросами, а я вышла в коридор навстречу.

Бастиан держал под мышкой большую папку, а в другой руке — тонкую книгу в темном переплете.

— Что у вас?

— То, ради чего остались.

Миро шел следом.

— Там вообще нет картинок.

— Ты уже открыл?

— Только первую страницу.

— Как?

— Он показал.

Бастиан посмотрел на меня.

— Я показал обложку.

— Почти одно и то же.

— Нет.

Миро ушел, не впечатленный архивной находкой. Я забрала у Бастиана верхнюю папку. Тяжелая.

— Нашли здесь?

— В окружной канцелярии есть копии общих королевских уставов, которые касались нескольких областей.

— И первоначальный тоже?

— Не целиком. Основной текст и все зарегистрированные изменения.