Книга Хозяйка запретной колыбели. Ненужные дети драконов, страница 59 – Лилия Тимолаева

— У вас и так тесно.

Это было настолько не похоже на нее, что я ничего не сказала. Миро зато попытался пересесть к нам. Ему отказали все трое.

Миро пообещал сидеть тихо, но Тивен отказал первым. Пришлось возвращаться к Рине. У дверцы Миро напоследок посмотрел на нас с Бастианом так многозначительно, что мне захотелось закрыть окно.

Тивен проводил его взглядом и спросил, что тот опять придумал. Я предложила отдохнуть. К счастью, дорога наконец пошла ровнее; некоторое время мы ехали молча.

— А моя семья знает?

Разговор изменился.

— О взлете? — уточнил Бастиан.

— Да.

— Сегодня отправлю им сообщение, — сказал Бастиан.

Тивен посмотрел на свои руки.

— Они приедут?

— Пока не знаю. Ты сам хочешь их увидеть?

Он долго молчал, потом пожал плечами. Я не стала переспрашивать: после такого дня ему было достаточно собственных новых ощущений.

Через некоторое время он спросил:

— А если они скажут, что я все равно должен к ним?

Бастиан ответил:

— Тогда будем обсуждать передачу по тем основаниям, которые останутся после сегодняшнего дня.

— Значит, из-за первого полета меня больше не повезут? — уточнил Тивен.

— Полет уже состоялся. Для переезда нужны другие основания, и мы их обсудим.

Мальчик отвернулся к окну. Плечи понемногу расслабились. Мне стало ясно, почему он переспросил: больше всего его тревожила возможность, что завтрашнее решение уже принято за него.

К вечеру добрались до города.

Бастиан передал сообщения Клеменсу и семье Тивена через королевскую станцию. Только теперь я узнала, почему официальные ответы приходят быстрее нас: на длинных участках срочные письма переносили крылатые курьеры, меняясь на станциях. В экипажах с детьми мы ехали по дорогам и останавливались на ночлег.

Мы поселились в небольшом гостевом доме.

После ужина Тивен ушел спать раньше всех. Даже Миро не стал его дразнить. Через полчаса внизу остались я и Бастиан. Он писал отчет. Я сидела напротив с книгой расходов Колыбели, которую почему-то продолжала таскать с собой, хотя уже несколько дней ничего туда не записывала.

Я спросила, что он написал о полете.

— То, что видели мы и возницы. Кровных родственников рядом не было; Тивен повернул к нам после того, как дети его позвали.

— А вывод?

— Пока рано. Нужно отделить то, что произошло, от того, как мы хотим это объяснить.

Он снова взял перо. Я подождала, пока он закончит страницу.

За окном стемнело. Наверху было тихо. Слишком тихо для пяти детей и одного вернувшегося Миро.

— Бастиан, вы говорили, что направление дает родовая связь.

— Да.

— А если комиссия назовет это случайностью?

— Попросим проверить. Я не могу по одному полету описать всю связь между детьми. Но обязательность крови теперь тоже придется обосновать.

Я посмотрела на раскрытую книгу расходов. За вечер мне так и не удалось свести ни одной строки: мыслями я все еще оставалась на лугу, где Тивен впервые оторвался от земли.

Мы замолчали. Через несколько минут сверху раздался топот. По лестнице сбежал Миро.

— Женя!

— Что случилось?

— Тивен опять не спит.

Бастиан сразу поднялся.

— Что с ним?

— Ничего. Сидит у окна.

Я встала тоже.

— Зачем ты пришел?

— Он сказал не звать вас.

— Тогда почему позвал?

Миро пожал плечами.

— Потому что он старший и думает, что всегда прав.

Сильный аргумент. Мы поднялись. Тивен действительно сидел у открытого окна. Увидев нас, недовольно посмотрел на Миро.