Книга Вторая жизнь. На этот раз я не ваша, дракон, страница 93 – Майкл Скофилд

Я положила письмо в ящик, где хранила личное.

На безымянном пальце блеснуло простое серебряное кольцо.

Инга заметила мой взгляд и улыбнулась.

— Все еще проверяешь, на месте ли?

— Иногда.

— Он ведь не запирается.

Я рассмеялась.

Рейнар сделал предложение в начале декабря.

Никакой заранее подготовленной публики не было. Мы дома разбирали книги, которые я привезла из ларенского кабинета. Он держал полку, пока я решала, куда поставить тяжелые тома, и в какой-то момент сказал:

— Аделина, можно я сначала поставлю это, а потом задам важный вопрос?

Я посмотрела на его руки.

— Можно и сразу. Я умею слушать и не ронять книги.

— Я боюсь, что ронять начну сам.

Тогда я отложила том.

Он поставил полку, вытер ладони о брюки и неожиданно смутился.

Мне было очень дорого это смущение.

Рейнар умел входить в зал, где его обвиняли в убийстве. Умел разговаривать с коронной уполномоченной и удерживать вооруженного человека у двери. Сейчас он стоял передо мной в домашней рубашке и подбирал слова.

— Я хочу жениться на тебе, — сказал он. — Если ты тоже этого хочешь.

Я смотрела на него.

Внутри не поднялось ни страха, ни желания угадать правильный ответ.

Только радость.

— Хочу.

Он моргнул.

— Да?

Я рассмеялась.

— Да, Рейнар.

Он выдохнул и достал маленькую коробочку.

Кольцо было простое, без герба и крупного камня. Я взяла его, повернула в пальцах и сама протянула руку.

Рейнар надел кольцо.

Потом поцеловал меня так, что я забыла и о полке, и о недочитанной книге, которую держала на коленях минутой раньше.

Когда отстранились, я сказала:

— Фамилию я оставлю Ровен.

Он кивнул.

— Я знаю, как много в ней для тебя.

— И мастерская останется моей.

— Аделина.

Я подняла глаза.

Он улыбался.

— Я прошу разделить со мной жизнь. Для пользования твоим прессом могу отдельно написать заявление.

Я толкнула его в плечо и засмеялась.

Потом мы все-таки подробно обсудили деньги, дом, работу и то, какие решения будем принимать вместе. Я не считала, что разговор испортит предложение.

Мне нравилось, что оно выдерживает точные вопросы.

Поженились мы перед зимними праздниками.

Без огромного бала.

Илва приехала из Нижних садов и привезла мамину шаль, которую я по рассеянности оставила в Ларене. Инга вручила нам красивый пустой альбом и предупредила, что не потерпит кривых подписей под будущими памятными листами. Торен произнес короткое поздравление, в котором пожелал нам терпения, а себе — чтобы его больше не втягивали в обсуждение цвета занавесок.

— Ты сам сказал, что зеленые не подходят, — напомнил Рейнар.

— Вот и началось, — ответил Торен.

Я смеялась.

В книге регистрации написала:

Аделина Ровен.

Рядом появилась подпись Рейнара Астена.

Ни одна не закрыла другую.

После церемонии мы поехали домой, где ждал простой ужин. Я сама сняла праздничное платье, переоделась в удобное и вернулась к столу, потому что не хотела весь вечер беречь ткань от случайного пятна.

Рейнар посмотрел на меня и улыбнулся так, будто именно это было лучшей частью дня.

Я села рядом.

За ужином говорили о доме, работе, дороге, друзьях.

О двух людях, которые выбрали друг друга.

Теперь, в февральской мастерской, Инга поднялась и потянулась.

— Я отнесу готовую смету в лавку. Потом зайду за хлебом. Вам к ужину нужен?

— Нужен.

— Хорошо. За три буханки романтическую благодарность не принимаю. Только деньги.