Книга До тебя одна песня, страница 40 – Лорена Шефер, Валентина Фаст

— Буду учиться неполный день. Гораздо важнее, что в будущем я смогу рассказывать детям, как сама разъезжала по гастролям! Сразу стану их любимой учительницей!

Наш ударник Перес – ее однокурсник, а Эйвери я пригласил по рекомендации Меган. Люблю окружать себя людьми, которым могу доверять на все сто. Вся моя команда подобрана по этому принципу. Это дает чувство, что они ценят именно меня самого, а не того певца с псевдонимом Мило Брикс, который стоит в свете софитов.

Эйвери взял первые аккорды Seven Nations Army группы White Stripes. Я сделал глубокий вдох и выдох и попытался сосредоточиться. А потом запел первые строчки и увидел, что Имоджен улыбается мне. Когда не получается спеть собственные песни, надо сделать перерыв и спеть какой-нибудь известный хит другой группы. Но я начал фальцетом, и пришлось снова прерваться.

Эйвери перестала играть. В зале воцарилась полная тишина. По лицам остальных было ясно, что они не понимали, что со мной происходит. Обычно репетиции проходили весело, и мы каждый раз с нетерпением ждали выхода на сцену. А если что-то шло не по плану, то именно я подбадривал всех и убеждал попробовать еще разок. Я хотел, чтобы музыка доставляла радость, даже если все вокруг раздражало. Но теперь мысли крутились вокруг того, что стоит на кону. Из-за нового альбома я нервничал сильнее, чем ожидал. Да еще Квинн придет на концерт в Lost&Sound. И хотя это даже смешно, но при мысли о том, что я увижу ее в зрительном зале, волнение усиливалось. На вручении BRIT Awards ты пел перед такими музыкантами, как Эд Ширан. Неужели у тебя сдадут нервы теперь, когда тебе предстоит выступить на маленьком концерте перед 50 зрителями? Это с тобой не вяжется. Но это действительно было так: предстоящее выступление заставляло меня нервничать сильнее, чем какая бы то ни было церемония.

— Хочешь, можем передохнуть? – предложила Имоджен. – Как-никак репетируем уже два часа.

Я покачал головой. Чтобы выступать с чувством уверенности, я должен знать всю программу наизусть.

— Продолжаем!

Перес исполнил фанфары на ударных, выжидающе глядя на меня. Его длинные черные волосы ниспадали у лица каскадом, темные глаза приветливо смотрели на меня.

Я улыбнулся. Музыка – это то, что у тебя хорошо получается. Ты никогда не хотел заниматься ничем другим. Ты отлично споешь. Я то и дело проговаривал про себя эти слова, а Перес продолжал стучать по барабану.

Я взял на гитаре первые аккорды моей новой песни Несказанное, а остальные постепенно подхватили мелодию. Это моя любимая композиция из нового альбома. Свои тексты я пишу сам, и так будет всегда, но на этот раз со мной поработали два автора, чтобы сделать песню еще лучше.

Когда я учился в школе и поначалу не мог ни слова произнести по-английски в присутствии других людей, потому что слишком сильно волновался, я начал записывать свои мысли. Композиция Несказанное рассказывает о том, каково это – быть наедине со своими чувствами, потому что ни с кем не можешь ими поделиться.

У мамы есть большая коробка, где она хранит все мои записные книжки, накопившиеся за эти годы.

— Я с самого начала знала, что у тебя особый дар говорить о чувствах, – сказала она мне, когда в тринадцать лет я показал ей текст своей самой первой песни. Они с моим братом Кианом – мои самые большие поклонники, независимо от моего успеха на сцене.