Книга До тебя одна песня, страница 121 – Лорена Шефер, Валентина Фаст

— Я бы никогда так не поступила, Квинн! – задохнулась Клеа.

Отложив вилку, я потерла виски.

— Я знаю! Прости. Я просто не представляю, как это могло произойти. Вчера все было так хорошо, а теперь… – У меня на глазах выступили слезы, но я быстро сморгнула их.

— Слушай, – погладила меня Клеа по руке. – Это была не ты, Мило поверит тебе. Не может же все, что между вами возникло, просто так раствориться в воздухе.

Я не была уверена, что он тоже так на это посмотрит. В конце концов, его частная жизнь для него самое важное.

— Ты правда так думаешь? – спросила я.

Клеа кивнула.

— Кроме того, с вами все было предопределено с самого начала. Не забыла – твой «первый раз»?

Я попыталась выжать улыбку, но у меня не очень получилось. Я только надеялась, что Клеа окажется права.

«Я в студии. Брэндон-стрит, 24». Когда Мило наконец ответил, я испытала бесконечное облегчение, но холодный тон его сообщения заставил меня сомневаться.

Отпрашиваясь у Оскара, я пробормотала что-то про головную боль. Это было недалеко, и я решила пройтись до студии пешком, чтобы подвигаться и не погружаться в собственные мысли, сидя под землей в вагоне метро.

Студия была гораздо незаметнее, чем я ожидала. Здание выглядело современным, но догадаться, что сюда день за днем приезжают известные музыканты, было трудно.

— Квинн Хэйвуд, – представилась я на ресепшене. – Меня ожидает Мило Брикс.

Пожилой господин за стойкой понимающе закивал:

— Четвертый этаж, студия звукозаписи находится прямо рядом с лифтом.

Я ехала наверх, и с каждым этажом мое сердце стучало все сильнее и сильнее.

Когда я вышла из дверей лифта, передо мной возник Ли. Некоторое время он смотрел на меня ненавидящим взглядом, а потом кивнул на большую деревянную дверь:

— Он там.

В глазах Ли я прочла презрение. Больше всего мне хотелось объяснить ему, что это была не я, но не хотелось терять ни секунды.

Открыв тяжелую дверь, я оказалась в студии. Мило сидел внутри стеклянной кабины перед длинным микшерным пультом и настраивал гитару. И хотя он заметил мое появление, взгляда не поднял.

— Привет, – тихо поздоровалась я.

— Здравствуй, – ответил он ужасающе чужим голосом.

— Нас кто-нибудь слышит? – спросила я. Вот уж не хотела бы я, чтобы наш разговор услышала вся студия.

— Только если я нажму вот сюда, – Мило показал на большую оранжевую кнопку на пульте. Отложив гитару, он медленно повернулся ко мне вместе со стулом и посмотрел на меня ничего не выражающим взглядом.

— Есть что-то, что они не должны услышать? – На его лице было такое горькое разочарование, что я инстинктивно отпрянула.

— Ты должен поверить мне, что я не имею к этому никакого отношения, – умоляющим голосом проговорила я.

Он сложил руки на груди.

— Как-то с трудом верится.

— Это правда, – повторила я. – Прошу тебя, Мило, я тебя не обманываю. Я даже представить себе не могу, насколько все это ужасно для тебя, но это не я! Давай выясним вместе, кто это сделал.

При слове «вместе» Мило вздрогнул. Мне было больно, что он мне, судя по всему, ни капельки не верил. И даже не рассматривал, что я могла быть честна с ним.

— Тебя все уже ясно, – констатировала я.

Он схватился за голову:

— Совершенно случайно через два дня после того, как я показал тебе свой дом, меня атакует стадо папарацци. Совершенно случайно именно после того, как я расторг твое соглашение о неразглашении. Что мне думать?