Книга Без права на отказ авторитету, страница 37 – Ася Любич

— Бауэр! — кричит она, как только перехожу на шею, лижу венку языком. Господи, сдохнуть можно, как хочется затолкать член в ее дырку. — Что вы себе позволяете?! Обманули меня!

Дёргается она, пытается меня с себя спихнуть, но я только сильнее давлю стояком, руками веду по животу и выше к груди, что оказывается в моих пальцах.

— Александр, прошу, не надо этого делать, — умоляет она, чуть ли не плача, но я слизываю ее слезы, поднимаюсь на локтях, чтобы перевернуть чертовку на животик, как вдруг оказываюсь на полу, с ушибленной столом головой.

— А, черт, убить меня хочешь, ведьма?

— Будете знать, как меня насиловать.

— Да ты сама же хочешь!

— Моё тело, отвечающее на ваши манипуляции, не гарант того, что я хочу стать вашей подстилкой.

— Ага, ты хочешь стать единственной владелицей театра.

— Что? — застывает она, медленно поправляя футболку, чуть натягивая ее на груди. — Да как вы…

— Почему ты стыдишься этого? Ну, хочешь и хочешь. После того как он, по сути, тебя променял на другую, вполне закономерное желание. И я даже готов тебе в этом помочь.

— В знак благодарности за спасённую жизнь? — с надеждой спрашивает Алла, собирая руки в молитвенном жесте, а я усмехаюсь.

— Ну уж нет. Я пойду на преступление, сознательно подделаю документы, чтобы театр стал целиком твоим. И за это спасённой жизни мало.

— Тогда что? Секс? Так банально?

— Не оскорбляй себя. Секс с тобой банальным быть не может. Ты права. Секс. Регулярный. Качественный. Обещаю партнёрам тебя на ночь не сдавать в аренду, буду пользоваться сам.

— Спасибо, как мило. Я должна расплакаться от умиления? Ты совсем больной?! Ты хотел убить меня, а теперь предлагаешь стать любовницей?

— Ты уже ею стала, Алла. Но мне не хочется вылавливать тебя по туалетам и поездам. Хочется нормально трахаться, тогда, когда мне удобно.

— Ну извини, что вывела тебя из зоны комфорта. И на твой вопрос — «нет». Я сама разберусь с мужем без помощи моей промежности.

Бауэр усмехается, кивает, откидываясь на спинку сидения.

— У меня такое ощущение, что у тебя есть какой-то козырь, о котором ты молчишь. Не может же умная женщина верить, что сможет выиграть это дело.

— Ну, не выиграю — всегда смогу перед тобой раздвинуть ноги.

— Если ты дашь документам ход, то обратно отмотать не получится. Так что решай сейчас: или со мной, или сама по себе.

Мне нечего ответить на его предложение, потому что я ещё верю, что смогу забрать театр себе. Тем более что, начав так называемые отношения, я уже не смогу скрывать беременность. Так что мне надо как можно быстрее избавиться от Александра и его настойчивого внимания.

Как только поезд тормозит, я подхватываю сумку и бегу из вагона прочь. Бауэр и не пытается меня догнать, но, пока я бегу по перрону, чувствую в спину прямой взгляд, словно выстрел, от которого пробирает до костей.

Добегаю до станции такси и беру машину до своего родного дома, где прожила все детство. Еду по городу, рассматривая, что изменилось в Ромашкино. Вроде бы и ничего, но половина магазинчиков, куда мы бегали покупать жвачки, закрылись. Но зато появилось много парков. Даже удивительно. И выросло несколько новых новостроек, очень ярких. Можно даже сказать, что Ромашкино стало настоящим Ромашкино, как поле, в которое можно уткнуться. Тут нет грязи столицы, тут нет серости от выхлопных газов, и пробок тут нет. Несмотря на конфликты с матерью, тут я была по-настоящему счастлива. Тут был мой дом.