Книга Зависимость от чудовища, страница 164 – Стейси Кроу

Он поднялся. Я видела его лицо — мокрое, блестящее, с безумным блеском в глазах.

— Теперь моя очередь, — сказал он хрипло.

Скинул трусы. Я села, потянулась к нему, но он перехватил мои руки.

— Нет. Сегодня ты ничего не делаешь. Лежи.

Он навис надо мной, раздвинул мои ноги коленями и вошёл медленно. Очень медленно. Я чувствовала, как он растягивает меня изнутри, как наполняет собой. Было тесно, почти больно. Но боль смешивалась с удовольствием.

— Ты такая узкая, — простонал он. — Чувствую, как ты сжимаешь меня.

— Двигайся, — приказала я.

Он начал двигаться. Плавно, ритмично, каждый раз входя чуть глубже. Я обхватила его ногами за талию, притягивая ближе. Он опустился на локти.

You fit me better than my favorite sweater…

— Посмотри на меня, — сказал он. — Хочу видеть твои глаза.

Я посмотрела. В его глазах было всё: боль, любовь, безумие, благодарность. Он смотрел на меня так, будто я была единственным, что имело значение.

— Я люблю тебя, — сказал он. — С первого дня, как увидел.

— Я помню, — прошептала я. — Помню.

Он ускорился. Бёдра двигались быстрее, глубже, жёстче. Я вцепилась в его плечи, в спину, оставляя красные полосы. Он зарычал, прикусил мою шею, и боль смешалась с удовольствием, и я закричала.

— Громче, — прорычал он. — Хочу, чтобы весь город слышал.

Я кричала его имя снова и снова.

— Кастил! Боже… да…

— Моя, — прорычал он, ускоряясь. — Только моя. Навсегда.

— Твоя, — выдохнула я.

Он кончил первым — с рыком, входя последний раз глубоко-глубоко. И я кончила следом — от звука его голоса, от того, как его тело дрожало надо мной.

Мы лежали, переплетённые, мокрые, сбившие дыхание. Музыка всё ещё играла в тишине.

My pussy tastes like Pepsi Cola…

Я рассмеялась. Он поднял голову.

— Что?

— Ничего. Просто песня так в тему звучит.

Он перекатился на бок, притянул меня к себе. Засмеялся.

— Кстати хотел сказать… Я начал ходить к психологу. Хван смеётся, но мне плевать. Я не хочу быть монстром, Сия. Не хочу, чтобы ты боялась меня. Не хочу, чтобы наши дети боялись.

Я замерла.

— Наши дети?

Он посмотрел на меня серьёзно.

— Если ты захочешь. Когда будешь готова. Но я хочу. Хочу увидеть маленького человека, такого же прекрасного как ты.

Внутри всё перевернулось — от страха, от счастья, от того, что это правда. Что мы имеем право на это.

— Я подумаю, — ответила я.

Он кивнул.

— Я подожду.

Пять лет спустя

В доме светло и тепло. Я сижу на кухне с чашкой кофе, смотрю в окно на сад, который мы вырастили с нуля. Яблони цветут, кусты сирени уже отцвели, воздух пахнет летом.

На стене висит семейная фотография. На ней мы все. Я с дипломом. Кастил обнимает меня за талию. Дешон — уже взрослый, широкоплечий, в очках. Стеф и Хван обнялись, счастливые и немного пьяные. Сзади наш дом. Белый, с синей крышей, с верандой и старым дубом.

Дешон поступил на психологический факультет. И проходит практику в центре поддержки подростков. Помогает детям из неблагополучных семей. Тем, у кого сложные отношения с родителями. Тем, кто, как мы с ним, знает, что такое страх в собственном доме. Я не спрашиваю, почему он выбрал эту дорогу. Я знаю.

Стеф и Хван всё ещё вместе. Хван возглавил частное детективное агентство. Берётся за дела, от которых отказывается полиция. Говорит, что хочет помогать тем, у кого нет денег на адвокатов. Стеф открыла небольшую кофейню в центре города. Назвала её «Светлячок». Я плакала, когда увидела вывеску.