Книга Жена незнакомца, страница 37 – Анна-Лу Уэзерли

— Вы серьезно? – Бет не скрывает сарказма. Теперь, когда они остались вдвоем, маски сброшены, и ей отчаянно хочется высказать этой самодовольной сплетнице все, что накопилось в душе. Рассказать, как ее «милый» супруг десять лет едва ли замечал ее существование; что он не то что не возил дочку на ипподром – даже в туалет ее ни разу не отвел. Надо бы рассказать, какой Эван холодный и бездушный гад, зацикленный на работе и равнодушный к своей семье… Но Бет знает, что любые слова прозвучат как оправдание. Женщина только этого и ждет.

— Надо же, каждый день узнаешь что-то новенькое, – произносит она, мечтая поскорей положить конец этому разговору.

— Он сказал, что решением о разводе вы его попросту убили, – продолжает та. – По-моему, он держится на удивление стойко. Знаете, если бы я сбежала к другому мужчине и увезла с собой дочь, меня бы мой муж придушил. Живой бы точно не выпустил.

И снова хохот – громкий и оглушительный, будто очередь из автомата.

— Крейг у меня жутко ревнивый. Бесится, даже если на меня просто смотрят другие мужчины.

Бет выдавливает смешок.

— Ну, думаю, причин для ревности у него не так уж много, – произносит она с притворной вежливостью. – Что ж, была рада познакомиться…

— Я Миранда, – говорит женщина, чуть приоткрыв рот. Через пару секунд до нее доходит смысл последней реплики, но Бет уже уходит.

— Кажется, Эван что-то затевает, – говорит Бет тем же вечером, лежа на груди у Ника.

— Да? Почему ты так думаешь, милая?

Бет утыкается носом в его плечо. От Ника пахнет мылом и свежим воздухом.

— Сегодня на дне рождения у подруги Лили возникло ощущение, будто он распускает среди мамашек обо мне всякие сплетни.

Ник притягивает ее ближе и закидывает ногу на бедро, словно запирая в своих объятиях.

— Какие, например?

— Ну, например, он водил Лили на ипподром вместе с какой-то мамашей… с Мирандой, кажется. – Она специально произносит имя визгливым голосом.

— Серьезно? И даже словом не обмолвился?

— Да, ни он, ни Лили. Узнала я об этом от мерзкой самодовольной тетки, которая считает Эвана сущим ангелом. Ты бы видел, Ник, как они на меня смотрели. Будто я проститутка. Так противно было… А тебя назвали моим «молоденьким дружком»!

Ник смеется.

— Да ладно! Ты ведь шутишь? – Он прижимается лицом к ее шее. – М-м-м, моя сексуальная старушка!

— Я серьезно! Это не смешно, – говорит Бет, хотя тоже невольно улыбается. – Бог знает, что Эван про меня наплел. И про тебя заодно.

Ник крепче обнимает ее, странным образом успокаивая.

— Они просто завидуют, милая. Ты же знаешь, какими бывают женщины. Кому какое дело, что они думают? Пусть судачат, если им больше нечем заняться. Эван может рассказывать что угодно – он сам виноват, что не ценил тебя с дочерью, пока вы были рядом.

Его слова немного снимают напряжение в груди, и Бет расслабляется.

— Не думай про Эвана, ладно? Что он может сделать? Распустить про тебя слухи? Скоро вас разведут, и вы станете чужими людьми. Будете видеться только ради Лили. Суд все решит: и как часто вам общаться, и как делить имущество. Через пару недель про вас все забудут.

— Ты прав. – Она целует его пальцы, сплетенные вместе с ее в замок. – И все же я не понимаю, почему Лили ничего не сказала про ипподром. Ты же знаешь, она любит лошадей, для нее это было настоящим событием. Почему она промолчала?