Книга Этикет для убийц и влюбленных, страница 116 – Анна Фицджеральд Хили

— Оно и сейчас на мне, – уверяю я. – Но давай придерживаться темы, не отвлекаться же от убийства ради белья.

— Да ну? – спрашивает Эйвери и отставляет свой кофе. – Это еще одно из твоих пра-вил?

Следующие несколько часов подозрительно прекрасны. И я даже не заключаю это слово в кавычки: происходящее настолько совершенно, что кажется нереальным, и я никак не решаюсь поверить в него. Мы плывем на лодке к острову Поупс, покрытому ракушками и окруженному утесами, где растут причудливо изогнутые ветрами деревья. Мы лавируем между скалами, наблюдаем за облаками и обсуждаем расследование. Оказывается, убийство – идеальная тема для интимной беседы.

— Ты хочешь сказать, что твой брат…

— Ненормальный, – перебивает Эйвери, когда мы возвращаемся к лодке на каяке. – А Тедди без царя в голове…

— Но он голубой.

— Билли! – Эйвери даже перестает грести. – Нельзя распускать такие слухи!

— А с чего ты взял, что это только слухи? – усмехаюсь я.

— Да что бы ни было! Это тебя не касается, так что держи такие мысли при себе. – Он снова берется за весло, потом достает лесенку и знаком велит мне взобраться на нее.

— А как насчет черной магии? – Я передаю ему свое весло и тянусь к лесенке, прикрывая глаза от лучей заходящего солнца.

— Хватит сочинять! – В глазах Эйвери играют искорки. – Давай-ка забирайся.

И ведь не расскажешь ему, не испортив всего настроя, как я обманула его горничную и узнала, что она наводит проклятия! Раздумывая об этом, я ступаю на раскачивающуюся поверхность – и каяк переворачивается.

Леденящий холод северной Атлантики парализует. Я глотаю соленую воду, ударяюсь головой о борт каяка, и течение подхватывает меня. Поток обвивает мои лодыжки, тянет за собой, как бы я ни боролась. Превосходно! Всю жизнь я молилась, чтобы не помереть девственницей, и теперь утону сразу, как только перестала ею быть. Волны цепко держат меня, а я размышляю о жестокой иронии происходящего.

Рука Эйвери стискивает мое плечо, и он выдергивает меня из воды.

— Попалась! – Он победно ухмыляется. Бережно поднимает меня повыше и кладет мои руки на ступени лесенки. Пока каяк уносит течением, Эйвери помогает мне взобраться на борт яхты и оглядывается на залив. Его черты искажены гневом. Он с яростью смотрит на океан, пытавшийся похитить меня у него. Можно голову потерять от того, как изгибаются его губы в приливе страстей. И я понимаю, что меня странным образом влечет к этой скрытой, властной ипостаси Эйвери. Но вспышка угасает, и вновь возвращается заботливый любящий кавалер. Он притягивает меня к своему кашемировому свитеру. Я вся вымокшая, в водорослях, но ему все равно.

— Мой спаситель, – бормочу я, глядя на него сияющими глазами.

Он проводит пальцем по моей коже, приподнимает подбородок.

— Билли, если бы с тобой что-нибудь случилось… – Он смаргивает слезу, и я робко тянусь к его щеке. Наши взгляды встречаются, я подношу палец к губам. Его слезы на вкус как океан. Губы Эйвери прижимаются к моим, мускулистые руки обхватывают мою талию. Холод вьется вокруг нас, леденит мою влажную кожу. Эйвери отстраняется и окидывает взглядом мое мокрое платье.

— Дорогая, да ты вся дрожишь. – Он открывает шкаф и вытаскивает полотенце.

— Давай, стюард, помоги мне выбраться из мокрой одежды, пока я насмерть не простудилась.