Онлайн книга «Коллекция Брэйдинга»
|
Джеймс Моберли не вымолвил ни слова. Он неподвижно смотрел прямо перед собой. Мисс Сильвер промолвила: — Человек, увидевший мисс Констэнтайн, смог описать каждую деталь её внешности. На ней была вышитая шаль её матери… — Остановитесь! — перебил Джеймс Моберли. Но, когда наступила тишина, он по-прежнему молчал, пока мисс Сильвер не произнесла его имя: — Мистер Моберли… Только тогда он вышел из себя: — На что вы намекаете? К чему всё это? Какое отношение ко мне имеет мисс Констэнтайн? — Отвечать вам. Намёк, впрочем, вполне понятен. Возможно, следует попросить мисс Констэнтайн присоединиться к нам. — Нет! — прохрипел Моберли. А потом: — Не надо! Пронзив взглядом мисс Сильвер, он повернулся и уставился на Чарльза. — Форрест… — Послушай, Джеймс, всё уже зашло достаточно далеко. Тебе не кажется, что лучше выложить карты на стол? Факт очень прост — сейчас у нас больше не осталось личных дел. Если ты и мисс Констэнтайн встречались здесь или в пристройке — ну, при обычных обстоятельствах это бы меня совершенно не касалось. Но неужели ты сам не видишь, дружище, неужели не понимаешь — если ты оказался настолько глуп, чтобы пригласить её в пристройку… Джеймс Моберли поднял голову. — Она — моя жена. — Боже мой! — только и сказала мисс Сильвер. Он повторил фразу вызывающим тоном. Он даже не представлял, что, признавшись, испытает подобное облегчение: — Она — моя жена. Мы поженились в Ледлингтоне месяц назад. Но никак не могли встречаться. Разве что урывками видели друг друга. Сам знаешь, Форрест. Мистер Брэйдинг не отпускал меня. Но не нужно говорить, что я одурманивал его — я этого не делал. У него имелись свои снотворные таблетки. Я не одурманивал его. Чарльз засмеялся. — Мой дорогой Джеймс! Итак, ты подбросил одну из его собственных снотворных таблеток в отвратительный напиток, который он всегда принимал перед сном — какую-то ужасную смесь солода и какао. Но ты не одурманивал его! Во взгляде Моберли сохранялись усталость и упрямство. — Это была его собственная таблетка. Я бы не стал одурманивать его. Чарльз поднял руку и позволил ей снова упасть. — Ну, хорошо… — вздохнул он. — Но не каждый способен на такое тонкое различие. Боюсь, что и Марч его не заметит. Усталость во взгляде усилилась. — Ты собираешься рассказать… полиции? — Мой дорогой Джеймс, а что нам делать — тебе, мне, любому из нас? Предположим, мы умолчим, а они пронюхают. Ты не можешь жениться так, чтобы об этом не узнало множество людей. Где вы заключили брак?.. Бюро регистрации в Ледлингтоне? Ну, вот, пожалуйста. До убийства это никого не касалось, но теперь — теперь это обязательно выйдет на свет, и будет намного лучше для тебя, если ты сам сообщишь обо всём. В конце концов, не собирались же вы хранить тайну до конца жизни! — Ты не понимаешь, — ответил Моберли. — Если вскроется, что мы с Хестер женаты, это поставит нас обоих под подозрение. Мы заявляем, что находились вместе в кабинете между временем, когда мисс Грей покинула отель, и временем, когда появился ты. Так оно и было. Мы оба сидели здесь. Я передал Хестер, что я до ланча сказал мистеру Брэйдингу, и что он ответил. Она знала: я прилагал очень большие усилия, чтобы побудить его отпустить меня. Но мне пришлось признаться, что я потерпел неудачу. Это тоже правда. Но полиция не поверит. Поскольку мы женаты, они подумают, что я мог зайти в пристройку и застрелить мистера Брэйдинга, а Хестер утверждала бы, что я не двигался с места. Они могут даже сказать, что она… — Он простонал и умолк. |