Книга Сотая казнь, страница 65 – Тимур Суворкин

Между тем напротив герцога уже уселись Мэрган и порядком отчищенный ее стараниями Погост.

— Отлично все на месте. А теперь быстро объясните, что бесы вас дери все это означает! – наконец вспомнивший, что он в конце концов правитель, Лис Седьмой стал полностью серьезен и даже остатки курицы с одежды скинул вдумчиво и отрешенно, как и полагается правителям.

Вздохнув, Мэрган стала в который раз пересказывать их с Погостом историю. Если дело пошло бы так и дальше, вскоре она могла бы без запинки рассказывать ее в два часа ночи одновременно пытая кого-нибудь самым изощренным и затейливым способом. Погост время от времени поддакивал, но старался не выделяться, не хотел снова вывести герцога из себя. Отец Фогель напротив вставлял свое слово когда надо и нет, стараясь всячески подчеркивать свою значимость в деле поимки демона.

Когда наконец настала тишина, герцог перестал подергивать себя за щегольскую бородку и перевел взгляд на Октавию, затем вновь уставился на Погоста.

— Ладно. В городе жрут людей, а ты в конце концов наказание свое понес полностью, – герцог посмотрел на перерубленную шею мага, – А наказание оно на то и наказание, чтобы после него человек сделал вывод и зажил новой честной жизнью. В общем с этого дня ты помилован. И со следующего утра вы с сим палачом будете назначены моим указом на должность охотников за Черным Поваром. А теперь за мной – время вернуть то, что осталось от лаборатории.

Сокровищница герцога не оставляла равнодушной никого. Даже самый великий праведник после нескольких минут пребывания в ее стенах приходил к самым грешным мыслям. А порой и действиям. Ну а уж казначеи и прочий служивый люд вообще не задерживались здесь надолго, уходя через пару месяцев работы – кто с нагруженным мешком в сторону границы, кто в окружении стражи к главной городской площади и ждущему там палачу.

Впервые попавшая в такое место Мэрган только и делала, что вертела головой, стараясь разом охватить взглядом все и сразу.

Сложенная из прочного камня комната была уставлена турнирными доспехами с золотой насечкой, на стойках мечи под стать им, с десятками крупных камней на эфесах. Стены скрывались под парадными щитами с герцогским Душащая василиска червленая лиса на щитах была выбита столь тщательно гербом, щедро отделанными золотом, украшенными эмалью и драгоценными мехами., что казалось готовилась сойти на плиты. Ярко горели выделенные золотом глаза, язык и когти. Этим герцог ясно давал понять, что человек он отнюдь не мирный. Внизу щитов тянулся начерченный красной эмалью лаконичный девиз: «Были и будем». Сваленные в углу приборы Погоста на фоне всего этого смотрелись как то совершенно незначительно. Чародей однако ее мнения не разделил сразу кинувшись к своему имуществу. Сев прямо на пол он принялся нетерпеливо осматривать ящички, вскрывать коробочки и поднимать крышки разбитых на множество отделений сундуков.

С каждым движением лицо мага становилось все более растерянным.

— Где мои травы? Где едкие кислоты? Где порошки? А толченые кости и рога?

— Развеяли по ветру, – герцог сделал вид что слегка смущен, – Архиепископ сказал, что это сгодится лишь для черных обрядов.

Погост взвыл и сокрушенно ударил себя по лбу. Голова послушно полетела вниз, прямо в заботливо подставленные руки уже приноровившегося к подобному палача.