Книга Сотая казнь, страница 117 – Тимур Суворкин

— Кстати, может быть немного косметики, для завершении картины?

— Косметики? Не стоит, я не привыкла.

— Как же так?

— Дорого. Да и некуда мне в ней выходить. Палачам в хорошее общество вход заказан. Не на пытку же со свинцовыми белилами на щеках являться.

— Зря ты так, милая, девушка должна следить за собой. К тому же у тебя наверняка есть любимый человек? А мужчинам нравятся бледные женщины. Впрочем если не хочешь пудриться, советую попить уксус. Самое то. У меня как раз есть кувшин отличного, виноградного.

— Спасибо, но лучше к этому не привыкать. Сперва уксуса выпьешь, а потом сам того не заметишь, как собачьей мочой волосы осветлять станешь, – Мэрган передернуло.

Герцогиня улыбнулась. Ей в отличии от многих дворянок природа дала роскошные золотые волосы, и об осветлении она знала лишь понаслышке.

— Ваша Светлость, настой что вы просили, – вошедшая служанка поднесла герцогине дымящуюся чашку, остро пахнущую мятой и прелой листвой.

— Да, поставь. Со всеми этими демонами, убийствами, пирами жутко болит голова, только мятой и спасаюсь, – немного смущенно призналась Октавия и сделала первый глоток, – Ну что ж я пожалуй не буду больше тебя задерживать.

Упираться Мэрган не стала и поблагодарив Октавию покинула покои. Охота входила в решающую стадию.

Между тем, когда Мэрган добралась до главного зала, праздник уже был близок к началу. Щедрость герцога превзошла саму себя. Столь богатые пиры замок видел разве что во время его коронации, да свадьбы. Запахи стояли такие, что псы под столами будто сошли с ума, а музыкантам было трудно играть на флейтах из-за потоков слюны.

Меж тем на богатые скатерти ставились все новые тарелки, подносы и горшки. Наполнялись кубки.

Мэрган огляделась. Два десятка стражей наряженных в парадную форму, истуканами замерли вдоль стен, лишь периодически обмениваясь взглядами с сэром Гилбертом. Отец Фогель тоже не оплошал и сейчас сидел в окружении отроков, столь могучего сложения, что им престало бы грабить на дорогах, а не сидеть по монастырям. Еще один выдающийся специалист по отлову Черного повара, то есть Альберт, тоже занял свое место, расположившись в самом темном углу стола. Отчасти незаметности ради, отчасти дабы не портить людям аппетит своим видом. Не стоило и говорить, что Анна была подле него, равно как и еще десяток его охранников.

Сидящий за столом Погост меж тем махнул Мэрган и усадил палача подле себя, пригласительно указав на стоящие перед ними блюда.

Деликатничать Мэрган не стала, отлично понимая, что демоны демонами, а такая еда будет лишь раз в жизни. Поэтому она быстро наполнила тарелку кусками твердого соуса, коричневой от луковой шелухи рыбы, покрашенными травами в зеленый цвет фазаньими ножками и ярко красной кашей. Все это говорило, что от моды красить еду герцог не отказался, считая, что блюдо должно услаждать и язык и нос и глаза. Наверное пример соседнего княжества где почти вся знать слегла от покрашенного сурьмой пирога его ничему не научил.

Погост в силу своей травмы на еду не налегал, жуя медленно-медленно и постоянно придерживая голову рукой.

Веселье в зале нарастало. Начались беседы. Кто-то кидал псам первые кости, кто-то уже доставал холщовый мешок, начав убирать в него приглянувшиеся блюда, справедливо полагая, что через пару часов все будет надкусано и облапано. При этом придворные сгребали блюда как можно демонстративней.