Книга Скандальная любовь лорда, страница 58 – Вера Ширай

И, конечно, в центре внимания, окружённый ключевыми лицами театра, стоял он — Александр Блейкстоун, герцог Ашмор.

Эви тут же отвернулась и направилась к стойке, желая присоединиться к другим гостям.

— Вы были необыкновенно хороши, — произнёс Генри Дейтон. — Безусловно, лучшая роль.

— Мне нужно было это услышать, мистер Дейтон, — с лёгкой усмешкой ответила Эви. — Колючее платье — достойная цена за такие слова.

Она опустила взгляд и, чуть понизив голос, добавила:

— Каким-то чудесным образом исчезла нижняя рубашка… Пришлось надеть тёплую шерсть прямо на тело. Непередаваемые ощущения, ужасный зуд.

Мистер Дейтон, покраснев, тут же принялся перечислять удачные моменты её игры и уже собирался пригласить явно симпатичную ему девушку на танец, как помощник режиссёра поспешно прервал их и пригласил Эвелин присоединиться к другой беседе.

— Простите, мистер Дейтон, служебный долг, — с лёгкой улыбкой произнесла Эвелин.

Она взяла помощника под руку и они направились к большой группе гостей.

— Ужасно, ужасно… Как такое могло случиться? Шерстяная ткань, да ещё прямо на голое тело… — вполголоса повторял помощник, явно впечатлённый услышанным.

— Тише, дорогой друг, — мягко остановила его Эви. — Думаю, всему залу об этом знать не стоит.

* * *

Александр Блейкстоун, едва заметив актрису, тут же поприветствовал её, склонился к руке и, не разжимая пальцев, чуть притянул ближе к себе.

Режиссёр продолжал говорить о планах театра, Сесилия была занята беседой с издателем, и, хотя девушка пыталась следить за Александром, ей не удавалось одновременно слушать и отвечать.

— Ожидал увидеть вас в другой роли, — негромко произнёс герцог, не отрывая взгляда от режиссёра.

— Да что вы? — Эвелин бросила на него короткий, злой взгляд.

— Гертруда… хоть и слабая женщина, но всё же королева.

— И что?

Он устремил на неё свой изучающий взгляд.

— У меня есть несколько замечаний.

— Не сомневаюсь, — холодно ответила Эви. — И вы, разумеется, ими поделитесь.

— Вам стоит отказаться от этой роли, — спокойно произнёс он. — Во благо театра.

Эвелин едва заметно сжала губы.

— Какая забота.

— Королеву обычно ставят дальше от края сцены, — продолжил он всё тем же ровным тоном. — А вас… видно не всем.

Она резко повернулась к нему: как он смел намекать на её рост?

— Вы же видели меня даже из своей ложи.

— Я — да, у меня хорошее зрение, — он чуть склонил голову. — Но я думаю о других.

Эвелин смотрела на него с откровенным презрением. У неё отняли роль Офелии благодаря ему, и теперь, стоя рядом с режиссёром, он позволял себе намекать, что ей не место и в этой роли.

— Эви, простите, — герцог внимательно наблюдал за её лицом. — Ужасно неуместная шутка…

— Мисс Харлоу, — отчётливо произнесла она, не отрывая взгляда от герцога. — Для вас я мисс Харлоу. И, боюсь, я не считаю нужным тратить на вас своё время.

Она развернулась, но Блейкстоун перехватил её за локоть. Со стороны это выглядело как лёгкое прикосновение, но Эвелин прекрасно понимала: уйти ей не позволят.

— Я ожидал от вас привычной колкости, — негромко сказал он.

Эвелин, сдерживая злость, даже не посмотрела на него.

— А не этой… драмы посреди приёма, — добавил он с лёгким раздражением.

Он нависал над ней, не собираясь отпускать.

— Через полчаса, — произнёс он почти шёпотом, — в маленьком кабинете.