Книга Белая ворона, страница 59 – Мария Дубинина

Я тряхнула головой, и абсолютно сухие волосы выпали из-под капюшона. Шаг, другой – заскрипели старые половицы. Ярна хоть и звалась замком, была лишь пустым, мертвым жилищем, таким же холодным, как и ее имя – Зима. Она всегда была такой, сколько помню. Я втянула носом воздух и поежилась. Пахло плесенью, подвалом, сквозняки гуляли между толстых каменных стен, пробирались под пыльные гобелены и шевелили тяжелые полотнища. Ашер обожал роскошь и красоту, но Ярну почему-то не трогал, позволяя своему замку медленно проигрывать беспощадному времени. Здесь всегда было сыро и неуютно, на чердаке шуршали летучие мыши, в подвале селились крысы, привыкшие пировать остатками хозяйских трапез. По коридорам, словно дыхание призраков, бродил ветер, и клочья паутины в углах узких слепых окон заменяли занавески. Однажды я прочитала Оскара Уайлда и поняла, что Ярна – это отражение Ашера, то, чем он является в действительности, вне стен шикарных кабинетов, заполненных светом ламп, голосами гостей, жаром камина и блеском драгоценностей. Пустой, заиндевелый и всегда голодный.

Я нашла в себе силы снова посмотреть на портрет, висящий прямо напротив входа, над темным камином, а рядом начиналась изогнутая лестница с каменными ступенями. Сбоку от меня в тени пряталась толстая деревянная дверь в самое сердце Ярны – подвал, который стал моей колыбелью когда-то. Я отвернулась и пошла прямиком к лестнице. В замке мало окон, надо найти хотя бы одно, чтобы оглядеться. Это не может быть настоящая Ярна, но я просто должна убедиться, должна развеять морок в своей собственной голове.

Эхо моих шагов оглушало, пока я поднималась на второй этаж. Темный узкий коридор казался прогрызенным в толще камня каким-то жутким монстром, я не стала останавливаться и поднялась еще выше. Света было мало, если считать таковым крохотные серые пятна, проникающие сквозь смотровые окошки по одну сторону от меня. Наконец я прекратила подъем и ступила под своды каменного коридора. Здесь окна были, но за ними я разглядела только тьму, лижущую грязные стекла. Я прошла дальше, уклоняясь от свисающей с низкого потолка паутины, и наугад толкнула одну из дверей. Хотя нет, не наугад, я точно знала, что за ней найду.

Окно было большим, с ажурной рамой, покрывающей стекло будто морозным узором. Одна из створок оказалась неплотно прикрыта, и воздух в спальне отличался, более острый, свежий. Им хотелось дышать. Я присела на корточки возле широкого камина и кочергой поворошила давно остывшие угли. Паутина затянула дымоход, но вспыхнула и исчезла, стоило поднести каминную спичку. Огонь был настоящий, он лизал мне щеки шершавым горячим языком, трогал замерзшие кисти рук и чуть шевелил волосы у лица. А еще он потрескивал, и этот звук придал жизни всему, что меня окружало.

— А ты правда одинока, Ворона, – сказала я себе, – раз так радуешься даже каминному теплу.

И улыбнулась. Кажется, убегая, я прибежала в начало и, поднявшись, дерзко бросила в огонь:

— Я здесь, Ашер. Ты этого хотел? Ты хотел, чтобы я вернулась для наказания? Я здесь!

Почему-то больше не было страшно, скорее, я вдруг почувствовала облегчение. Подошла к окну и распахнула створку, за которой не увидела ничего – только ночь и пустоту. Замок нависал над пропастью одним боком, внизу вечно стелился туман, скрывающий острые пики скал, а днем отсюда можно было увидеть далекие крыши моей деревни. Сейчас ее нет, я узнавала, но все равно смотрела в ту сторону в глупой надежде различить огоньки в окнах домов. Будто меня еще кто-то ждет.