Книга Попаданка. Развод отменяется, страница 10 – Василиса Васильева

Я пропускаю выпад в свою сторону. Не сейчас. Пусть думает, что я крайняя, а он самый лучший отец во всех мирах. Я еще докажу обратное!

— А ты представляешь, что творил всё это время? — мой голос становится жёстче. — Ты позволяешь этой… женщине оскорблять меня. Ты позволяешь ей жить рядом с нами! Ты позволяешь лишить меня магии. И ты позволяешь отравить меня.

Он вздрагивает.

— Откуда ты это знаешь? — тихо спрашивает он.

— Меня отравили! — отвечаю я. — И знаешь что? Я больше не буду молчать.

Он смотрит на меня долго. Очень долго.

— Что ты хочешь этим сказать? — уточняет он, ещё приближаясь на шаг.

— Развода не будет! — произношу я по буквам.

Массимилиано усмехается. В его глазах мелькает что-то опасное.

— Ты не та женщина, на которой я женился.

— Слава богам, ты это понимаешь, — выдыхаю я. — Потому что та женщина давно умерла!

— Как умерла? — ледяное пламя вспыхивает в глазах дракона. — Объясни мне! Где моя жена?

— Я не Иветта, я Ива, — мой голос дрожит под его тяжёлым взглядом. — Мою душу перенёс сюда молодой бог.

— И что? — с сомнением о моём душевном спокойствии уточняет дракон.

— Она ушла из мира, где была не нужна, — я пожимаю плечами, не зная, как объяснить.

Я её понимаю, наверное, в глубине души. Её страхи, одиночество, боль и ненужность.

— Всё кончилось в ту ночь, когда её пытались отравить. Точнее, отравили, — добавляю я.

— А Амели? — глухо спрашивает дракон, не отводя взгляда. — Как же дочь?

Сейчас он страшнее дракона, почуявшего угрозу. Он выглядит загнанным в клетку существом.

— Душа Иветты ушла, но истинная связь осталась, — мягко перебиваю я его.

Массимилиано отшатывается, его крылья дёргаются, словно проверяя, может ли он ещё летать.

— Это невозможно, — шепчет он, — метка истинной пары…

— Осталась, — подтверждаю я. — Ты смотришь на меня так, будто видишь впервые.

— Кто ты? — хрипло спрашивает он.

— Я — женщина из другого мира, моё имя Ива, — вздыхаю я, понимая, что нужно объяснить. — Попаданка, если угодно. Меня выдернули сюда, потому что мир ищет не отвергнутую герцогиню. Он ищет того, кто сможет противостоять.

Молчание оглушающее.

— Ты хочешь сказать… — его голос дрожит, — что эти два дня…

— Да, ты живёшь рядом с чужой душой после отравления, — заканчиваю я.

Дракон резко отворачивается, его пальцы дрожат.

— Тогда... почему метка не исчезла? — спрашивает он, сглотнув.

Я смотрю в сторону детской.

— Потому что я принимаю твою дочь, Максимилиано, как родную, — тихо отвечаю я со слезами в голосе.

Он резко оборачивается.

— Не как обязанность? — рычит он.

Я поднимаю взгляд.

— Нет. Как ребёнка, которого нужно защитить, даже если придётся встать против всех, включая тебя.

Дракон бледнеет. Его чувства к дочери промелькивают на лице за долю секунды.

— Амели… — выдыхает он, — ты её...

— Просто полюбила, — отвечаю я. — Не потому что должна, а потому что она настоящая, живая и одинокая.

Максимилиано медленно опускается в кресло.

— Я — дракон, который пережил войны, гибель кланов, предательство богов и женщины, матери моего ребёнка, — шепчет он и закрывает лицо руками. — Значит... моя истинная пара умерла…

— На её месте появилась я, — тихо говорю я. — И я выбираю остаться.

Интересно, осознаёт ли он, что сам толкнул Иветту на этот шаг?

Дракон долго молчит. Потом смотрит на меня, и его взгляд становится испуганным.