Книга Пойманная временем, страница 111 – Джули МакЭлвен

По всем правилам он уже должен был лежать в постели. Чёрт возьми, он должен был давно спать. Но, несмотря на усталость, обвивавшую его словно призрачные лозы, внутри царило странное напряжение.

Ему хотелось бы объяснить его тем мгновением, когда всадник передал письмо от дяди. Сердце так толком и не успокоилось после того, как он сломал печать и прочитал послание. Следующие часы слились в сплошное пятно: они с Сэмом мчались через всю страну, не щадя лошадей. Да к чёрту всё это. Причина беспокойства была одна — женщина в комнате дальше по коридору. Осмелится ли он пойти к ней?

Алек поднёс стакан к губам и пригубил бренди, раздумывая над столь безрассудным риском. Это не Элдриджский замок, где слуги, может быть, и не одобряли происходящее, но из преданности герцогу закрывали глаза на свои подозрения. Здесь общественный трактир. Если ранним утром его увидят выходящим из комнаты Кендры, последствия будут серьёзными.

Он слишком хорошо знал: Кендра отмахнётся от таких опасений. Ему прекрасно было знакомо её высокомерное отношение к правилам, управляющим приличным обществом — его приличным обществом. Будто её мир, чёрт побери, настолько лучше, с внезапным раздражением подумал он. Из-за этого презрения к условностям она беззаботно относилась к собственной репутации. Алек поднял стакан, чувствуя, как досада растёт. Не просто беззаботно — она откровенно бросала обществу вызов.

Он сделал большой глоток и устало вздохнул. Проклятье, Кендра понятия не имела, что начнётся, если их связь раскроют. Она незамужняя девушка, а не замужняя дама или вдова, которой позволительно заводить осторожные интрижки. Положение и богатство герцога Элдриджского до сих пор защищали её от злых языков, обсуждавших её странное поведение, но даже дядя не сможет спасти Кендру, если старые сплетницы, заправляющие высшими кругами света, узнают об их романе.

Он легко представлял ярость герцога. Общество возложит вину за падение Кендры на неё саму, но дядя обвинит Алека. И непременно напомнит, что Кендру воспитали по иным правилам, а его — нет. Он знал, чего общество ожидает от него.

Алек повёл плечами, пытаясь расслабить сведённые мышцы. Чтоб её черти забрали, почему она не приняла предложение руки и сердца, как любая нормальная женщина? Тогда они не оказались бы в нынешнем положении, вынужденные красться, словно ночные воры, чтобы урвать несколько минут наедине. Муж имел бы законное право разделять постель с женой. Не пришлось бы бояться слуг, совершающих ночные обходы, или постояльцев, ищущих свою комнату; не пришлось бы опасаться, что женщину, которую он любит, станут считать отверженной, перестанут принимать в знатных домах и исключат из общества.

Конечно, идти к ней нельзя. Не здесь. Она слишком многим рисковала. Если сама не желает себя защищать, значит, он, чёрт побери, защитит её от неё самой. Приняв решение, Алек снова поднял стакан и допил бренди. Поставил его на стол и направился к кровати.

Кендра взглянула в сторону открывшейся двери. По стенам спальни плясали тени и отблески огня. У неё от возбуждения сжался живот, когда она села и встретилась взглядом с Алеком.

— Ты не заперла дверь, — низко и хрипло произнёс он, подходя ближе.

— Нет… — Говорить, что она его ждала, казалось излишним; она и без того чувствовала себя слишком уязвимой.