Книга Над Этной розовое небо, страница 37 – Юлия Белова

Мы выходим из дома и идём туда, где у нас делается вино. Пьерджорджио сворачивает к винограднику. Проходим между лозами. Он внимательно осматривает грозди.

— А что будете делать в следующем году? Как сейчас или планируете что-то стоящее? Если хочешь сделать что-то классное, обрати внимание на гроздь.

Он берет в руки крупную гроздь, ягодки на ней ещё совсем незрелые, собирать будем только в октябре.

— Да, я понимаю, ты имеешь в виду, что нужно убрать лишнее.

— Браво! Молодец! Убери это, это и это. Оставь только лучшие ягоды, и они отблагодарят тебя в вине. Знаешь Давиде Бароне?

— Ну, слышала про него, конечно. И вино какое-то пробовала, но не топовое. Лично не знакома.

— Нам надо обязательно к нему съездить. Удивительный человек и такие чудеса с Альянико творит. Просто невероятно. Я тебя к нему свожу. Он рядом с Неаполем и там ведь тоже вулкан. Везувий.

— Да, было бы очень круто!

Мы заходим в кантину и сталкиваемся с Фабио. Берём бокалы, огромные пипетки для проб и все вместе идём к бочкам и нержавеющим танкам. В бочках вино излишне танинное, вину в танках, на мой взгляд немного не достаёт тела. Ну, собственно, это ещё не вино, а то, из чего мне только предстоит его сделать. Сначала я глотаю всё, что попадает в рот, но это длится недолго, силы уходят и я начинаю выплёвывать, но уже поздно — я опьянела. Смотрю на Пьерджорджио и губы растягиваются в улыбке. Он тоже уже хороший.

— Баста, — наконец говорит он, — вы тут продолжайте, а я должен возвращаться, а то Марко меня уволит.

Он уходит шаткой походкой.

— Как ты поедешь? — кричу ему в след.

Он не останавливается и только нетрезво машет рукой.

— Давай-ка, Лиза, ты тоже иди, — смотрит на меня Фабио. — Надо хорошо отдохнуть перед завтрашним днём.

Я киваю. Возвращаюсь в дом. «Да вы нарезались, ваше благородие», — говорю себе. И вот, что любопытно. Пьерджорджио назвал имя Марко, а я даже не побледнела и пульс не стал более частым. Лишь что-то неясно шевельнулось на задворках сознания. Это как лечить зуб под анестезией.

— Как под анестезией, — повторяю я вслух и падаю на кровать.

Фабио заводит машину, и мы трогаемся. Ещё утро, но уже жарко. Я подкручиваю кондиционер. Нам предстоит проехать от Рагузы до Аволы, маленького городишки, от имени которого, собственно, и получил название виноград Неро д’Авола, за которым мы будем охотиться. Нам нужно заехать к нескольким небольшим производителям, которых предварительно отобрал Фабио. Будем пробовать их вина — для нас это просто виноматериал — и договариваться о цене.

До Рагузы ехать часа полтора. В голове немного шумит после вчерашнего — не рассчитала силы. Сегодня всё буду сплёвывать. И надо пить больше воды. Я беру большую бутылку и делаю несколько глотков Сан Бенедетто — Фабио забросил в машину целую упаковку перед выездом. Вкусная. Люблю её.

— Завтракала?

— Нет.

— Сейчас заедем в бар.

Я киваю. Минут через десять Фабио сворачивает на заправку в небольшом городке. Тут куча машин на парковке — время завтрака. Мы тоже оставляем свою машину.

— Пойдём, у Альфредо отличный кофе.

Вообще-то в Италии он везде хороший. Но если итальянец говорит, что где-то делают отличный кофе, значит это действительно что-то особенное. Заходим в бар, нас встречает сильный и очень приятный аромат. Здесь всё очень просто — витрина с выпечкой, несколько пластмассовых столиков. Все они заняты. За одним колоритный старичок читает газету, за другим — два крепких парня в тёмных очках, ещё какие-то люди.