Книга Избранная, страница 83 – Юлия Белова

Две змеи, — подумал он. — Две ядовитые змеи, пытающиеся ужалить соперницу побольнее.

Обе верили в своё влияние. Обе думали, что именно их слово станет решающим. Но Анаташ знал правду. Он слишком долго жил при дворе, слишком хорошо изучил повадки власти.

Повелитель уже принял решение.

И это решение — его рук дело.

Советник давно понимал: Аркахалла нуждается в переменах. Когда‑то одно упоминание их государства вызывало трепет. Теперь же они стали лишь тенью былого величия. Соседи набирали силу, поднимали свой авторитет, а Аркахалла… топталась на месте.

Но теперь появился шанс.

Он знал, кто может стать ключом к возрождению.

Ради благополучия народа. Ради безоблачного будущего своей единственной внучки.

Я сделаю что угодно, — мысленно повторил он, бросая взгляд на Повелителя. — Что угодно…

Спор набирал обороты. Слова, острые как ножи, летели между женщинами. Уже не было и тени притворства — только голая, неприкрытая ненависть и амбиции.

— Хватит!

Голос Повелителя ударил, как хлыст. Обе женщины замерли, поспешно отводя взгляды.

Джихиньяр Баладжар поднялся со своего трона — медленно, с достоинством, от которого у обеих соперниц похолодели спины.

— Повелитель? — пролепетала Бильшияр, голос её дрогнул.

— Сын мой, надеюсь, ты примешь правильное решение и прислушаешься к словам своей матери, — тут же вставила Садише, но в её тоне уже звучала нотка неуверенности.

Наложница метнула на неё яростный взгляд, затем вновь повернулась к Повелителю.

— Что вы решили?

— Я дам им то, что они хотят.

* * *

Анна сидела в своих покоях в гареме, окружённая маленькой свитой: Ферухе, Сайсом и Чоксо.

Тишина.

Слишком тихая после оглушительного шума площади.

Она всё ещё пребывала в состоянии лёгкого шока. Да, она предполагала, что за покушением стоит Танги Нын. Но чтобы всё обернулось так…

Прилюдная казнь.

Официальное признание её ребёнка членом рода Баладжар.

И самое поразительное — реакция народа. Их крики, их ярость, их… преданность?

Одаш задержался у ворот — разговаривал со стражами. Он так хотел побыть с ней, но дела требовали его присутствия. Анна понимала. Но всё же… сердце тосковало по его близости.

— Госпожа, — тихо окликнула Ферухе. — Вы в порядке?

Анна медленно повернула голову. Взгляд её скользнул по лицам верных спутников. В их глазах читалась тревога, но и… гордость?

— Я… не знаю, — призналась она наконец. — Всё это кажется таким нереальным.

Сайс, обычно молчаливый, вдруг произнёс:

— Народ увидел в вас то, чего не видели другие. Силу. Стойкость. Надежду.

Чоксо кивнул, соглашаясь.

Анна закрыла глаза.

В комнате снова воцарилась тишина.

— О Рохан… — первой нарушила молчание Ферухе.

Её руки дрогнули, нервно взметнулись, будто пытаясь ухватиться за невидимую опору. Она шагнула к небольшому столику, налила в стакан воды из кувшина. Поднесла к губам — и замерла.

В памяти вспыхнул ледяной кадр: ванна с отравленной водой, миг слабости, ужас, сковавший сердце, изуродованные тела.

Ферухе подозрительно принюхалась к жидкости, затем с тихим стуком поставила стакан на место.

В этот миг над дворцовой территорией разнёсся громкий голос — он выкрикивал имя Анны. Вслед за ним прокатился довольный рёв толпы. Видимо, преступники наконец нашли свою гибель. От руки палача? Или от рук разъярённой черни? Теперь уже не узнать.