Книга Избранная, страница 117 – Юлия Белова

Эта кровь не будет пролитой напрасно.

Едва Анна подняла руку, чтобы дать знак открывать двери, снаружи донёсся неясный гул. Не крик, не звон оружия — что‑то иное. Что‑то… надежду.

Один из стражников метнулся к окну. Прильнул к щели. На миг замер — и вдруг взорвался криком:

— Наследник! Наследник вернулся!

Зал взорвался.

Крики, смех, слёзы — всё смешалось в едином порыве. Люди обнимались, поднимали оружие, выкрикивали имя Одаша. Кто‑то упал на колени, кто‑то бросился к окну, чтобы своими глазами увидеть то, во что ещё минуту назад не смел поверить.

Анна закрыла глаза.

Вдох.

Выдох.

Облегчение прокатилось по телу, как волна, смывая тяжесть последних часов. Она обернулась.

Чоксо стоял в первых рядах. Его лицо, обычно холодное и непроницаемое, сейчас светилось сдержанной радостью. Они встретились взглядами — и Анна едва заметно улыбнулась.

Мы выстояли.

* * *

Бильшияр сжимала поводья так, что пальцы побелели.

Она стояла на холме, вглядываясь туда, где скрылся её сын. Где-то там, за стенами дворца, Магнеш должен был уже торжествовать победу. Должен был…

Но сопротивление оказалось неожиданным. Жестоким. Упорным.

Однако Бильшияр не сомневалась. Не могла сомневаться. Магнеш победит.

Она видела, как враги отступали со стен — жалкими тенями, спеша укрыться в недрах дворца.

— Они бегут, как крысы, — губы её изогнулись в холодной улыбке.

Победа была близка. Так близка, что Бильшияр уже ощущала её вкус — сладкий, как месть.

Она представляла, как старая ведьма Садише будет валяться у её ног. Как она, Бильшияр, лично вырвет ей волосы, выцарапает глаза. Как та девка, жена Одаша, будет молить о пощаде — но не получит её.

За всё. За каждую слезу. За Магнеша. За Тамишу.

Что‑то привлекло её внимание.

Движение.

Сначала — неясная рябь на улицах. Потом — волна. Толпа. Огромная, неудержимая, как лавина.

— Что это? — брови Бильшияр сошлись на переносице.

Генерал рядом с ней достал подзорную трубу. Прижал к глазу. И тут же из его горла вырвалось глухое ругательство.

— Это наследник! Но как?! — голос его дрогнул.

Армия Одаша накатила на центральные ворота — стремительно, беспощадно. Враг, ещё недавно уверенный в победе, был сметён, как пыль под копытами.

— Нужно предупредить Магнеша! — Бильшияр рванулась вперёд, но генерал схватил её за руку.

— Не успеем, — отрезал он. — Мы должны уходить.

— Нет! Там мой сын! Мы должны…

— Уже слишком поздно! — рявкнул генерал, и в его голосе прозвучала железная непреклонность. — Нам не выстоять против такой армии. И мензину Магнешу тоже. Мы уходим. Сейчас же.

— Но мой сын… — голос Бильшияр дрогнул. Она смотрела на дворец — туда, где в смертельной опасности был её ребёнок.

— Уходим! — скомандовал генерал.

Войско, ещё недавно уверенное в победе, развернулось. Потянулось прочь.

Бильшияр осталась одна.

На миг — лишь на миг — она заколебалась. Взгляд её метался между дворцом и уходящими воинами.

Но страх оказался сильнее.

Сжав зубы, она развернула коня.

И последовала за ними.

* * *

Магнеш уже видел шпили дворца — близкие, манящие, почти его. Ещё несколько шагов — и он войдёт в эти ворота как победитель. Ещё миг — и всё изменится.

Но в тот самый момент, когда он уже мысленно примерял на себя корону, центральные ворота дворца распахнулись.

Не с победным скрипом — с грохотом.