Книга Императрица, страница 132 – Юлия Белова

— А вот и они, — коротко бросил Тавер, и в его голосе прозвучало не просто облегчение, а что‑то похожее на предвкушение.

Анна по‑прежнему молчала, наблюдая за приближением союзной армии. Её взгляд был спокойным, почти отстранённым, но в нём читалась напряжённая сосредоточенность. Белые, без единого пятнышка лошади и жёлтые знамёна, реющие на ветру, безошибочно указывали: это войска Фринстана.

— И всё это девушки? — присвистнул Тавер, не скрывая удивления.

— Большинство, — подтвердил Руко Таш.

— Наши союзники уже мне нравятся, — протянул Тавер с улыбкой довольного кота, будто уже представлял, как будет обмениваться шутками с этими воительницами.

— Во Фринстане, если женщине не нравился партнёр либо она оставалась неудовлетворённой, она имеет право его кастрировать, — спокойно, будто сообщая о погоде, произнесла Анна.

Тавер тут же прикусил язык, и улыбка сползла с его лица, сменившись выражением человека, который внезапно осознал, что ступил на тонкий лёд. Он покосился на Повелительницу, потом снова на приближающуюся колонну и тихо пробормотал:

— Пожалуй, буду держаться от них на почтительном расстоянии.

Анна едва заметно усмехнулась — не зло, а скорее с лёгкой иронией.

— Возвращаемся в лагерь. Подождём принцессу там, — сказала она и первой развернула лошадь, давая понять, что время пустых разговоров закончилось. Ветер тут же рванул ей вслед, пытаясь сорвать капюшон, но она лишь плотнее закуталась в плащ и поехала вперёд, уверенная в каждом движении. Остальные, не сговариваясь, последовали за ней.

* * *

Повелительница сидела в своей палатке, погружённая в тишину, нарушаемую лишь редким шорохом пергамента да отдалёнными голосами лагеря. Сквозь плотную ткань доносился гул прибытия войска — топот копыт, сдержанные команды, скрип кожаной упряжи. И вот один из людей Руко, чуть склонив голову, объявил о прибытии союзного отряда. А вскоре в проёме входа появилась и сама принцесса Маолан.

Её лицо озарилось лёгкой, искренней улыбкой, едва она увидела Анну.

— Вас можно поздравить? — спросила она, и в её голосе звучала неподдельная теплота — так поздравляют с чудом, с чем‑то светлым и редким.

За спиной Анны Тавер вдруг сделал страшные глаза и принялся быстро-быстро мотать головой, будто пытался передать без слов целую бурю предупреждений. Маолан тут же нахмурилась, и улыбка сползла с её лица, как тает утренний иней под первым лучом солнца. В её воображении пронеслись самые мрачные картины: младенцы редко выдерживали суровые условия походов, а уж в обстоятельствах, подобных этим… Да и сама Повелительница выглядела не как женщина, только что познавшая радость материнства, — в её чертах застыла холодная, выжженная усталость, в глазах не было ни блеска, ни облегчения.

Принцесса неловко закашляла, пытаясь скрыть неловкость, и поспешила сменить тему.

— Полагаю, вы устали после долгого пути, — ровно произнесла Анна, словно не слыша вопроса, и голос её прозвучал не грубо, а так, как говорят люди, привыкшие прятать боль за деловитостью. — Отдохните. Вечером мы обсудим последние детали.

Маолан ничего не оставалось, кроме как коротко кивнуть и, стараясь не выдать своего замешательства, покинуть палатку. Она успела отойти лишь на несколько шагов, когда её догнал Тавер.