Книга Повелительница, страница 194 – Юлия Белова

Главнокомандующие собрались на невысоком холме, откуда открывался вид на величественные центральные ворота столицы. Мрачные, напряжённые, они то и дело хмуро поглядывали на Повелительницу, не понимая, зачем их сюда вызвали. В то же время их взгляды невольно возвращались к стенам города — не появится ли на них лорд Тизул, чтобы вновь устроить кровавую расправу над горожанами?

Анна сидела верхом на коне — невозмутимая, словно высеченная из камня. На ней был наряд в стиле Аркахаллы: удобные брюки и лёгкая туника, волосы спрятаны под покровом. Она задумчиво смотрела на город, будто видела сквозь толстые стены и высокие башни. По одну сторону от неё стоял Чоксо, молчаливый и настороженный, по другую — генерал Тадж, в чьих глазах читалось сдержанное нетерпение. Луна, свернувшись у ног лошади, время от времени поднимала уши, чутко ловя малейший звук.

— Чего мы ждём? — не выдержал наконец один из командиров, голос его прозвучал резко, почти вызывающе.

Повелительница не ответила сразу. Она продолжала молчать, и это молчание, тягучее, как расплавленная смола, давило на нервы. Воины переглядывались, сжимали рукояти мечей, переминались с ноги на ногу. Их подняли по сигналу тревоги, они пришли сюда, рискуя жизнью, — и вот уже долгие минуты ничего не происходило. Просто стояли и смотрели.

Но вдруг на губах Анны появилась улыбка — лёгкая, едва заметная, но в ней читалась уверенность, от которой у многих перехватило дыхание.

— Мы ждали этого, — тихо, но отчётливо произнесла она.

Командиры переглянулись в полном недоумении. Что она имеет в виду? Но не успели они задать вопрос, как воздух разорвали возгласы удивления.

Вокруг города, чётко очерчивая кольцо защитной стены, в небо взметнулись сигнальные огни — алые, зелёные, синие, они вспыхивали один за другим, словно звёзды, сорвавшиеся с небес. Центральные ворота, считавшиеся самыми неприступными, медленно, с протяжным скрипом, распахнулись, будто приглашая войти.

Из ворот вышел всего один человек. Он остановился, поднял руку и помахал — небрежно, почти насмешливо. Воины замерли, пытаясь разглядеть его лицо, а Анна уже знала: это Тавер.

— Ворота открыты, господа, — спокойно, почти буднично произнесла Повелительница, обращаясь к ошеломлённым командирам. — Город наш.

Луна подняла голову и издала протяжный вой — низкий, мощный, он прокатился над полем, отзываясь эхом в сердцах воинов. Этот звук стал всеобщим сигналом. Войско Повелительницы пришло в движение. Ряды сомкнулись, знамёна взметнулись, и армия, словно единый живой организм, устремилась к распахнутым воротам.

У оставшихся в городе астаринцев не было ни единого шанса.

* * *

Лорд Тизул стоял у узкого окна дворцовой башни, вцепившись пальцами в каменный выступ. Взгляд его, тяжёлый и напряжённый, скользил по линии стен, по измождённым фигурам защитников, по бескрайнему полю за городом, где застыло вражеское войско. Он понимал: оборона обречена.

Противник превосходил числом — втрое, а то и вчетверо. Его люди были измождены, глаза ввалились от голода, плечи опустились под тяжестью бессонных ночей. Продовольственные запасы давно иссякли, а проклятые аркахаллонцы перекрыли все пути — ни караванов, ни охоты, ни малейшей возможности пополнить припасы.

Тизул подозревал, что горожане всё же имели тайный запас. В отличие от астаринцев, они не выглядели так измождённо. Он искал их припасы — допрашивал, следил, обыскивал дома, угрожал, но так и не выяснил, где они прячут еду. Шансов против аркахаллонцев не было, но сдаваться он не собирался. Гордость не позволяла.