Книга Повелительница, страница 148 – Юлия Белова

— Как вы… — начал было Греш Анирьер, но замолчал. Сделав глубокий вдох и выдох, он продолжил уже более спокойно — но ненадолго: — Нам всё равно, что вам известно и что успела наплести сама Тамиша. Эта женщина осмелилась поднять руку на сердце нашей страны — на короля! За такое преступление её ожидает незамедлительная казнь! Её и её выродков нужно немедленно приговорить к…

— Господин Анирьер! — повысила голос Анна, перебивая крик мужчины. Её тон стал резким. — Смею напомнить, что вы находитесь не у себя дома. Вы в Аркахалле. И я не позволю здесь командовать, оскорблять кого‑либо, кричать и что‑то требовать.

Она сделала паузу, обведя взглядом присутствующих — и левинийцев, и своих советников. Её голос зазвучал ещё твёрже:

— Королева Тамиша Анирьер является дочерью Повелителя Джихиньяра Баладжара, сестрой Повелителя Одаша Баладжара. Её дети так же являются представителями правящего рода Аркахаллы, и я не позволю и пальцем прикоснуться к ним. Я понятно выразилась?

— Да. Но ты сама к этому роду не принадлежишь, — прошипел в ответ Анирьер, и в его глазах мелькнуло что‑то хищное.

Чоксо, Тавер, Дэниз и все присутствующие стражи не могли просто слушать такие слова в адрес своей Повелительницы. В один миг они взялись за оружие — мечи чуть ли не наполовину покинули ножны, а пальцы крепко сжали рукояти. Левинийцы занервничали, переглянулись, невольно отступили на шаг. Все, кроме самого Греша. Он смотрел на Анну примерно так же, как смотрел на неё Асс Агур. Проведённая аналогия вдруг рассмешила Анну — несмотря на всю серьёзность ситуации, на губах мелькнула едва заметная усмешка. Тот тоже не воспринимал её всерьёз…

Один из послов, едва ли не единственный, кто пытался хоть как‑то остановить Греша Анирьера, положил руку на его плечо. Он был уже в довольно зрелом возрасте, с седыми висками и усталыми глазами, в которых читалась глубокая усталость от происходящего. В умных глазах читалось всё, что он думает о поведении Греша и ситуации в целом. Видно было, что ему всё это неприятно.

— Прошу простить господина Анирьера, — с низким поклоном сказал мужчина, пытаясь хоть немного сгладить острые углы. — Смерть его величества сильно… ударила по нему. Он не хотел сказать ничего такого.

— А мне кажется, он сказал именно то, что хотел, — едва сдерживая ярость, произнёс Дэниз, крепко сжимая рукоять меча. Его пальцы побелели от напряжения.

— Мы приносим свои глубочайшие извинения, — ещё раз сказал мужчина и снова поклонился, бросив на Греша предостерегающий взгляд, чтобы тот не вздумал ещё чего высказать. — Но так же просим войти в наше положение. У нас есть предположения, что бывшая королева была причастна к смерти его величества. Вам наверняка уже известно, что в прошлом уже имела место быть её попытка в отравлении нашего монарха, после чего она и была сослана в тот особняк. Поэтому у нас были основания предполагать, что это была вторая и более удачная попытка.

Анна молча выслушала его, не меняя выражения лица. В зале повисла напряжённая тишина — только слышно было, как где‑то вдалеке тикают старинные часы, отсчитывая секунды. Она медленно обвела взглядом собравшихся, задержавшись на каждом лице — на ярости Грэга, на усталости пожилого посла, на готовности своих стражей. Затем слегка наклонила голову и произнесла: