Книга Приворотное зелье для Злого дракона, страница 189 – Анна Снегова

Как, как мне жить, если завтра я всё это потеряю?

— Моя тётя – это ещё одна грустная история. Понимаешь, она была очень красивой. Невероятно красивой женщиной.

— У вас это семейное, - улыбнулся Шейдар.

Я отмахнулась от комплимента.

— Не пытайся поднять мне настроение! Я сейчас соберусь с духом и правда смогу дорассказать и не разреветься. Сейчас, погоди…

Я подняла глаза к потолку и поморгала немного.

Даже потеря родителей меня так сильно не ранила, ведь я не помнила их и не знала, а трудно скучать по тому, чего у тебя, по сути, никогда не было. Но тётя… её потеря была незаживающей раной, которая кровоточила до сих пор. И я собиралась в неё как следует ткнуть.

— Ну вот, значит, она была ужасно красивая. Я говорю это, потому что это важно для истории. Понимаешь, когда ты бедный, и при этом красивый, это очень опасно для женщины. Я только когда выросла, поняла, почему мы без конца переезжали и почему тётя не задерживалась ни на одной работе долго. А она очень много работала, чтобы нас прокормить – на самых чёрных работах, самых неблагодарных. Прачкой, посудомойкой, разносчицей зелени…

— Почему она не вышла замуж? – прищурился Шейдар. – Если она была хоть вполовину такой, как ты, ей бы не составило труда найти мужчину, который содержал бы вас обеих.

— Тётя говорила, что когда-то сильно любила, но её возлюбленный умер. И она никогда больше не позволит ни одному мужчине прикоснуться к себе, потому что однолюбка.

Ох, тётя.

Кажется, это у нас с тобой тоже семейное…

Я вытерла ресницы и продолжила.

— Долгое время у неё получалось отбиваться от ненужного мужского внимания. Но однажды… нашёлся какой-то очень упрямый господин. Я была ещё недостаточно взрослой, чтоб обсуждать со мной такие дела, но я помню, как тётя приходила с работы встревоженная, как плохо спала. Как мы снова стали переезжать… но тот господин настойчиво преследовал её и добивался внимания. Я его не видела, но однажды слышала, как тётя среди ночи кричала кому-то через окно, что если он не отстанет, она его убьёт. Думаю, это был какой-то могущественный и богатый лорд. Потому что она никого так не боялась, как этого человека. А моя тётя была не робкого десятка, и зарвавшегося пекаря больше её размером в два раза могла уложить в грязь. Помню, как-то раз она даже глаз подбила трактирщику, который пытался её лапать!

— Значит, я ещё легко отделался, - фыркнул Шейдар. – Боевой характер у тебя тоже врождённый, похоже.

Он смотрел на меня с каким-то странным выражением, похожим на гордость.

У меня потеплело на сердце.

И я поняла, что самый грустный кусок своей истории я тоже смогу ему рассказать.

— В общем… этот лорд, кажется, за нами следил. Потому что куда бы мы не переезжали, снова находил нас. В конце концов, тётя меня упрятала в пансион на скопленные деньги. Всё, что у нас было. Она копила на домик, хотя бы крохотный угол, но свой. Это была её главная мечта. Ради этого отказывала себе во всём, ходила годами в одном и том же платье. Но она её отдала всю, эту мечту, за то, чтобы у меня было образование – и безопасная крыша над головой. Оставила меня в пансионе, и снова уехала. – Мой голос дрогнул, но я собралась с силами, чтобы продолжить. – Я думаю… думаю, что она так уводила след, потому что одной спрятаться легче, чем очень приметной женщине с ребёнком.