Книга Последний принц, страница 29 – Эстер Пак

— Что бы он ни сделал… – раздался дрожащий голос.

Это проговорила старушка, сидевшая ближе всех к происходящему. Её лицо, покрытое тонкой сетью морщин, побледнело, но взгляд оставался твёрд. Она не могла молчать.

— Не слишком ли жестоко вы с ним обращаетесь?

Один из стражей резко выпрямился, обернулся и, прищурившись, процедил:

— Что ещё?

— Я говорю, – дрожащим, но решительным голосом повторила женщина, – видно ведь, что у него больше нет сил. Он не может ни бежать, ни сопротивляться. Неужели и правда нужно вот так?

— Чёрт бы побрал этот день… – выругался один из стражей и с грохотом шагнул вперёд, злобно топая тяжёлыми сапогами. Он грубо оттолкнул старушку.

— Бабушка! – вскрикнула девушка, сидевшая позади неё, и бросилась к старушке, чтобы подхватить, но не удержала: удар был слишком сильным. Обе повалились на пол, запутавшись в складках длинной одежды.

— Что ты там бормотала? Повтори! – рявкнул страж, и в его голосе вдруг прорезалось что-то звериное, необузданное.

Старушка тихо застонала, оставаясь на полу. Её внучка встала между ней и агрессором, заслоняя собой.

— Простите! Пожалуйста, простите! Бабушка… она сказала это от души. Просто по-человечески, как если бы увидела в том человеке внука. Пожалуйста, пощадите её!

Но страж и не думал отступать. Он шагнул ещё ближе, сверля девушку взглядом.

— Ты хоть понимаешь, чем мы тут занимаемся?! – прорычал он. – Это личный приказ его величества! Мы прочёсываем страну, ищем заговорщиков!

В углу сиденья Чонха сжал кулаки так, что побелели костяшки. Канюль и Санён переглянулись. Надо было что-то предпринять. Но если они вмешаются… С волшебников, особенно студентов Каонской академии, был более строгий спрос. В опасности могли оказаться не только они сами, но и профессор Сол, и их семьи.

— И ты ещё осмелилась встать у меня на пути?! – закричал страж. – Ты вообще понимаешь, что делаешь?!

Он замахнулся, но тут рядом словно гром прозвучало:

— Довольно.

Рука замерла, повиснув в воздухе.

— В таком людном месте и вот так? – спокойно, но с холодной сталью в голосе произнёс человек, вошедший в вагон. – Думаешь, его величество одобрил бы такое поведение?

— Генерал Чанён! – Страж резко отступил и заговорил сбивчиво, словно оправдываясь перед тем, кого боялся больше всего.

Канюль узнала вошедшего. Тот самый мужчина, стоявший в первый день перед портретом правителя на церемонии в честь Дня основания страны.

— Это же он… – прошептал Санён.

Именно этот человек тогда, у всех на виду, разорвал рисунок принцессы Чжихо – родной сестры Санёна.

— Всё хорошо. Не переживай.

Канюль сжала ладонь юноши. Он вздрогнул, но, услышав её шёпот, немного расслабился.

— Не может быть, – прошептал Чонха, не сводя взгляда с вошедшего. – Это ведь Ким Чанён. Один из самых приближённых к правителю людей. Что он здесь делает?

Ким Чанён с невозмутимым выражением лица подошёл к старушке и спокойно протянул ей руку:

— Вставайте.

Его голос прозвучал неожиданно мягко – вразрез с холодным, змеевидным лицом. Старушка замялась, но не смогла проигнорировать протянутую руку. Он аккуратно помог ей подняться, словно берёг хрупкую фигурку, а затем, слегка склонив голову, вежливо поклонился её внучке.

— Прошу прощения. Мой подчинённый позволил себе лишнее. Я лично понесу за это ответственность. Понимаю, вы могли почувствовать себя униженно… Но прошу проявить великодушие.