Книга Конец света. Детка и Кракен, страница 85 – Оксана Северина

— Нет, Детка, мне надо домой, — твердо говорит Кракен, пристально глядя на меня. Улыбка постепенно сползает с его лица. — Ты тоже идешь. Слышишь? Ты мне обещала.

Я вдруг понимаю, что ботинки и вонючие закутки на завалах вместо аромата дорогого шампуня и забитых едой полок — мое ближайшее будущее. И отчаянно жалею, что дала Кракену такое опрометчивое обещание. Но кто ж знал?

А обидней всего, что я не собираюсь оставаться в его семье: нельзя ни к чему и ни к кому привязываться, это — глупость.Я бы ушла, когда проводила его домой. Так почему не уйти… сейчас?

Уже открываю рот, чтобы объявить Кракену о своем решении — он как хочет, а я остаюсь, шагу отсюда не сделаю, завалю чем-нибудь вход, обустроюсь и буду жить припеваючи! — но замираю на полуслове. А как же мои принципы и убеждения? Те, что держали меня на плаву до сих пор? Кракен спас меня в подземелье. А потом вытащил из него. Принес мне кроссовки и колу. Он всегда держал свое слово. А я? Я свое слово держу?

Меня начинает знобить, и еда, так уютно переваривающаяся в желудке, начинает подниматься вверх по пищеводу, словно разочаровалась и теперь брезгует оставаться внутри меня. Сглатываю и сжимаю кулаки. Нет уж, снова с едой я расставаться отказываюсь!

Кракен спас меня лишь потому, что ему некому было больше помочь. И хоть раз я услышала от него слова благодарности? Ага, как же! Только какой он предусмотрительный молодец. Тьфу! Он ведь думает о своих интересах. «Мне надо домой!» А чего хочу я? Меня кто-нибудь спросил? Как ни крути, а я заслуживаю передышки в этой сокровищнице!

Но… если я останусь одна, а дверь снова заклинит? И тогда чудесный подвал превратится в мою могилу. Полную еды, обустроенную, но безнадежную и смертельную… как склад. И что делать, когда вся еда здесь закончится? Как выйти в умирающий мир? Как выживать?

И еще… Я не забыла то чувство, когда считала, что Кракен погиб. Разве без него мое будущее не казалось бессмысленным и бесполезным? Вспоминаю, как страшно мне было одной в ванной комнате. И как радовалась его возвращению. «Почудилось, Детка». Но… если бы это оказались бандиты? А я тут одна? Кракен бросился нас защищать, не раздумывая.

Смотрю на него.

Прежде, в ванной, я была слишком счастлива, что все обошлось, а потом случилась эта сокровищница, и у меня совершенно вылетело из головы спросить, что за грохот я слышала, и все ли у Кракена хорошо.

Теперь кроме массивных ботинок, что он держит в руках, я наконец обращаю внимание на свежие ссадины, сочащиеся кровавой росой. Скула у его левого глаза обещает превратиться в грандиозный синяк. И он странно держит левую руку, будто его плечо снова болит. Боже, я же все это видела в ванной, но придала значение только сейчас. И какая я после этого медсестра?

— Кракен, что за грохот я слышала? И это все… — взволнованно обвожу его фигуру рукой, — что?

— Это? — Он удивленно смотрит на свои ноги. Потом прикасается к синяку и кривит лицо. — Я упал. Блин, Детка, кажется, у меня будет фингал.

— Что-что ты сделал? Упал?

Вздыхаю и закатываю глаза. Наверное, я находилась в бреду, когда решила, что Кракен крутой, как Джеймс Бонд. Вероятно, он смог как-то собраться в минуту опасности, но на самом деле едва стоит на ногах. И я все еще очень ему нужна. Черт!