Книга Ты меня погубишь, страница 9 – Екатерина Полянская

В голове вихрем кружились вопросы, но вместо того, чтобы задать их, я торопливо шла к местному вокзалу.

Прощай навсегда, прошлая жизнь…

Казалось, на несколько лет мою жизнь заморозили, заставили замереть, окутали липким сном, и вот сейчас я будто вновь начала дышать.

Захлебнулась от боли.

Сгорела в том пламени и восстала из пепла.

Открыла глаза на многие вещи. Вроде бы очевидные, но требовалось повзрослеть, чтобы понять.

Похоже, я повзрослела.

В дилижансе, который ехал три дня до пункта назначения, как раз было время осмыслить новый поворот судьбы.

Масса времени и тихие попутчики.

Разумеется, я перед отправлением попыталась купить газеты, чтобы узнать об Эймоне Ливингстоне хоть что-нибудь, но утренние уже распродали, а свежие ожидались только через четыре часа. К этому времени я уже отправилась в путь.

Поначалу было страшно.

Ужас сковывал, и первые несколько часов я даже думать нормально не могла. Мысли путались и то и дело выдавали картинки того, что будет, когда меня поймают. Но время шло, а кроме мерного покачивания дилижанса ничего так и не происходило. Самым ярким событием первого дня пути стала косуля, выбежавшая на дорогу.

Дышать со временем получилось свободнее.

До остановки на ужин и для смены лошадей я смотрела в окно. Виды за ним проносились красивые, поселения встречались редко, что лишь усиливало чувство безопасности.

Может, правда получилось сбежать?

И никто меня не догонит?

Переживания за Эймана, которого, наверное, уже нет на свете, пока получалось от себя гнать. Или же притворяться, что получается.

Ночью я даже уснула под покачивание дилижанса и звуки дороги.

А утром в голове стало неожиданно светло, как если бы я только сегодня очнулась после пожара. Боль потери горела в груди, но происшедшее обрело ясность. Меня тогда отвезли в лечебницу на окраине, и я больше суток провела в исцеляющем сне. Очевидно, этого времени хватило, чтобы жрецы обнаружили богатую сироту и успели прибрать к рукам родительское состояние. Оно должно было остаться! Без сомнений. Ведь мы не только ни в чем не нуждались, но и держали слуг, часто куда-нибудь ездили, у мамы было много драгоценностей, да и у меня тоже кое-что было. Но сплыло. А главное, нас приглашали не только к губернатору, но и на балы, которые устраивали королевские особы. Обнищавших или едва сводящих концы с концами туда не зовут.

Хотелось кричать от обиды.

Как можно было так попасться?!

Глупый вопрос. Я была ребенком.

Вечер, когда все рухнуло… сгорело в злом пламени… Это был мой только третий выход в свет. Я даже о поклоннике еще не начала мечтать. То есть мама говорила, что когда-нибудь он у меня появится, и я верила, но всерьез о романтике еще не думала.

Ну и что бы я сделала, если бы сразу разгадала происходящее?

Ничего.

Прокля́тый Люкир!

Тихо зашипела с досады.

— Вы в порядке? – забеспокоился мужчина с аккуратной бородкой, ехавший на соседнем сиденье.

— Да, простите. Спина затекла.

— Молодежь! – осуждающе воскликнула румяная дама с места за нами. – Старое поколение куда крепче.

Далее последовала речь о пользе ранних подъемов, утренних прогулок и тертой моркови с медом.

Кто-то из попутчиков ей пару раз поддакнул.

Я вымучила улыбку, еще раз извиняясь за то, что привлекла к себе внимание.