Книга Фиктивная жена для злодея, страница 3 – Лиззи Голден

А потом из этого комочка вырывается нечто живое — фигурка юной девушки размером с ладонь, с прозрачными стрекозиными крыльями и светящейся пыльцой на ладошках. Феечка моргает, оглядывается по сторонам, взмахивает крыльями — и вылетает в приоткрытое окно, исчезая в сером небе.

В кабинете повисает тишина.

— В обычные дни артефакт срабатывает только при воздействии на небольшое существо, — холодно нарушает тишину Аллард. — А в день затмения луны его силы хватит…  на кого-то покрупнее.

Он прячет звезду обратно в карман с лицом, не выражающим ничего, но внутри у него все рушится.

Этот артефакт не способен ни на что большее. Он умеет только превращать цветы в фей. Дэвиану он не поможет. Алларад уже проверял, когда случилось очередное лунное затмение.

Через два месяца ― еще одно затмение, двенадцатое после того, как брат перестал его узнавать. Двенадцать ― роковое число для таких, как он. Тот самый день, когда его сознание померкнет навсегда. Если за это время он не найдет действенный способ вернуть его, не вырвет у Тидеуса правду, не заставит его рассказать, с помощью чего тот превратил Дэвиана в безумное существо... то все кончено.

Эти мысли острыми иглами впиваются под ребра, но внешне Аллард спокоен, ничем не выдает себя.

— Так что скажете, генерал? ― почти небрежно произносит он. ― Ваша карьера трещит по швам. Теперь выслушаете мои условия?

Тидеус бледен. Он смотрит в одну точку и заметно нервничает, о чем говорят его подрагивающие пальцы.

Феечка из цветка его впечатлила.

— Сколько? — Его голос теряет медовую мягкость. — Сколько вы хотите за молчание?

Аллард едва заметно усмехается одними уголками губ.

«Золото, ― думает он. ― У меня его больше, чем у тебя, старый пес. Я мог бы купить твой дом, твою должность и твою совесть, если бы она у тебя была».

— Деньги меня не интересуют, — говорит он вслух.

Тидеус молчит, прищурившись, будто пытается угадать, что же ему нужно на самом деле.

— Тогда что? — цедит он.

Аллард делает шаг вперед. Трость глухо стучит по паркету. Он смотрит на Тидеуса в упор, изучая каждую ненавистную черту его лица.

— Ваша дочь, ― спокойно говорит он. ― Отдайте ее за меня замуж. Это единственное, что мне нужно.

— Фэй! Сколько можно звать, дрянная девчонка!

Визгливый голос, доносящийся откуда-то снизу, уже третий раз повторяет это имя с разными эпитетами и неподражаемыми пафосными эмоциями.

В первый раз мне показалось, что вижу ― и слышу ― галлюцинации. Ведь только что в самолете дочитала книгу, и там была Фэй ― младшая сестра главной героини. Ничего особенного, такая себе серая мышка, которая не блистала ни умом, ни красотой. Которая вечно что-нибудь ляпала невпопад, жутко завидовала своей красавице-сестре и в конце умудрилась глупо погибнуть, сорвавшись с обрыва.

Во второй до меня медленно дошло, что Фэй ― это я.

Достаточно было взглянуть в овальное зеркало напротив, стоящее на трех ножках, в старинной позолоченной оправе, и увидеть худощавую рыжеволосую девушку с россыпью веснушек на носу и оттопыренными ушами.

Вот из-за этих ушей бедняжку считали чуть ли не уродиной. То ли дело ее сестра Коралин ― блондинка, волосок к волоску, точеные черты лица, маленькие ушки, идеальные формы…

А в третий я осознала, что прямо сейчас Фэй одета в платье цвета пыльной розы, что делает ее кожу серой, а волосы выглядят тусклыми, будто выгорели на солнце.