Книга Форвард, страница 162 – Айли Фриман

Я заметил фигурку девушки в бледно-розовой пижаме и маске для сна, свернувшуюся калачиком на большой кровати и словно пытающуюся спрятаться от всего мира.

— Вика, я привел Артема Королева.

Мне показалось, что она вздрогнула, хотя в полумраке это было сложно понять.

— Я никого не хочу видеть, – глухим голосом повторила она. – Тем более Артема Королева. Ему здесь точно нечего делать!

Тренер повернулся ко мне и пожал плечами.

Я сделал несколько неуверенных шагов к кровати.

— Здравствуй, Вика, – тихо произнес я, чувствуя, какой огромный ком отчаяния встает в горле при виде ее хрупкости. У меня чуть не вырвалось «Рад тебя видеть», но я вовремя сдержался. В данном случае это было неуместно. Ведь Вика потеряла зрение.

До сих пор не верилось в это. Я испытал чувство беспомощности, когда тренер сказал мне, что она ослепла. Вика ничего не видит. Вокруг нее кромешная тьма. Я даже не знал, как поддержать ее в такой страшной ситуации.

— Вика, ты спустишься в гостиную? Мы можем там все обсудить, – предложил тренер.

— Пусть он уходит, – ответила она.

— Милая, я позвал Артема, чтобы он присмотрел за тобой вместо меня. Мне нужно на игры, вылет сегодня вечером, поэтому я оставляю тебя с Артемом. Прошу, веди себя хорошо. Он любезно согласился составить тебе компанию, пока меня не будет.

— Какая ужасная идея, – буркнула Вика.

— Вика. – Тренер подошел ближе к кровати, склонился к ней и ласково провел рукой по волосам дочери. – Мне уже пора ехать. Я очень надеюсь, что вы с Артемом поладите. – Он поцеловал дочь в щеку и выпрямился. – Пока, милая.

— Пока, папа. – Ее голос прозвучал так жалобно, что я чуть не расплакался.

— Ты будешь смотреть наши… – Тут тренер осекся и исправился: – Ты будешь следить за нашими матчами, правда?

— Пусть он уйдет, – вместо ответа снова произнесла Вика.

— Нет, милая. Артем останется. Он позаботится о тебе. Все будет хорошо. Завтра придет новая медсестра. Прошу тебя, Викуля, дай ей делать свою работу. Она хорошая женщина.

— Ладно, – отозвалась Вика и еще больше съежилась, словно пытаясь спрятаться от невидимой угрозы, которая, казалось, окружала ее со всех сторон. Мне было больно смотреть на это. Сердце сжималось, затрудняя дыхание.

— Тогда я поехал. – Тренер вышел из комнаты, и я последовал за ним.

— Тебе будет с ней тяжело, – сказал он с тихим вздохом.

— Я справлюсь, – успокоил я Евгения Михайловича.

— Идем. Я покажу кое-что по дому, потом ознакомлю тебя со списком лекарств, которые должна принимать Вика. Да, и еще не забудь забрать у меня ключи, а то уеду вместе с ними.

Таким образом совершенно неожиданно я поселился под одной крышей с дочерью тренера. Это казалось очень странным, а еще было болезненным – из-за причины, по которой я здесь оказался.

Евгений Михайлович уехал, взяв с меня обещание, что я буду каждый день докладывать ему о состоянии Вики. Оставшись один в этом большом чужом доме, я не знал, что делать. Я сел в кресло в гостиной и просто застыл в напряженной позе, раздумывая над всем, что сегодня узнал. Не знаю, как долго я так просидел, но когда наконец очнулся, решил подняться наверх.

Мне хотелось, чтобы Вика знала, что я рядом, что бы ни случилось, что она в безопасности, что она не одна.

— Вика. – Постучавшись, я осторожно приоткрыл дверь, заглядывая в полумрак комнаты.